Образование

«Тараканы» Миклушевского

Что происходит с ведущим вузом Дальнего Востока России?

«Тараканы» Миклушевского


Последний день сентября выдался весьма бурным для Дальневосточного федерального университета: студенчество «вуза будущего» открыто высказало свои претензии ректорату. Владимир Миклушевский, не часто посещавший в сентябре руководимый вуз (то высокие гости, то визит в Австралию, то командировка в Москву, хотя не исключено, что отсутствие ректора было вызвано масштабным ремонтом его кабинета в старинном здании на Суханова, 8), в телефонном интервью из столицы отверг все студенческие претензии, заодно подставив своих помощников, рьяно исполнявших ректорские приказы.
Что же происходит в ведущем вузе российского Дальнего Востока, на развитие которого российское правительство не пожалело миллиарды рублей? Почему все чаще в ДВФУ звучат претензии студентов и преподавателей? Почему один из очень высокопоставленных чиновников краевой администрации, когда его попросили охарактеризовать ситуацию в ДВФУ, ушел от вопроса? Но все же сказал: дескать, слишком много тараканов в голове у Миклушевского.

Насильно скрещенные

Опыта создания в России федеральных университетов пока немного: очень тяжело создавался Южный университет, спокойнее — Сибирский, все остальные пока только приходят в себя после реорганизации из классического или технического университета в университет федеральный, и особых новостей из них в СМИ не было. Из новичков в прессу попал только Дальневосточный федеральный университет: слишком велико к нему внимание московского начальства, слишком долго и трудно шел процесс его создания.

Так, долго спорили, какие вузы войдут в ДВФУ, еще дольше — кто возглавит новый вуз, затем полпред Ишаев попытался перетянуть федеральный университет к себе в Хабаровск. Потом вроде бы все успокоилось и Дальневосточный государственный университет стал готовиться к реорганизации в федеральный университет, согласовал во всех инстанциях соответствующую концепцию и даже распределил здания строящегося на острове Русском кампуса за своими институтами и факультетами.   

Оставался только один вопрос — о ректоре. Вроде бы логично было остановиться на ректоре ДВГУ Владимире Курилове, но губернатор Сергей Дарькин уперся: Курилов ректором ДВФУ не будет (черная кошка между Сергеем Михайловичем и Владимиром Ивановичем пробежала не в научной сфере — политической). Однако и протеже Дарькина Геннадий Лазарев оказался непроходным. Вот и доборолись: ректором ДВФУ стал бывший замминистра Владимир Миклушевский. Да и с выбором вузов, подпавших под объединение, в Москве особо не церемонились: ДВГУ, ДВГТУ, ТГЭУ и почему-то уссурийский пединститут. Ходили слухи, что под объединение подпадал и медицинский университет, но кто-то очень влиятельный его все же отстоял, хотя медицину в ДВФУ все равно включили — в виде Школы биомедицины.

Что будет в дальнейшем с уссурийской частью ДВФУ, понятно многим: медленное угасание. И педагогика нынче у абитуриентов не в чести, и Уссурийск не чета Владивостоку, и чтобы удержать на плаву эту часть федерального университета, нужны титанические усилия и очень большие финансы, выделение которых под уссурийскую педагогику маловероятно. Да и назначение бывшего ректора УГПИ Сергея Пишуна руководителем одной из образовательных программ Школы гуманитарных наук ДВФУ о многом говорит — школа-то расположена во Владивостоке. А Школа педагогики ДВФУ сейчас разделена на две части — владивостокскую и уссурийскую, что выглядит, прямо скажем, не вполне логично.

Но еще труднее понять объединение двух антиподов — ДВГУ и ДВГТУ, двух вузов с очень сложными взаимоотношениями. Даже судившихся между собой за право называться старейшим вузом Дальнего Востока: так получилось, что суд выиграл ДВГУ, но ордена в честь столетнего юбилея получили руководители ДВГТУ — такой бэкграунд долго не забывается.

ДВГУ — университет классический, инженерных специальностей в нем было немного. Наоборот, ДВГТУ, сугубо технический университет, стараниями прежде всего ректора, а затем президента Геннадия Турмова стремительно развивал гуманитарное направление. Но главное в том, что организация учебного процесса в этих двух университетах разительно отличалась, что сейчас создает немало проблем для студентов, попавших в «чужие» школы, — к примеру, для будущих инженеров из ДВГУ, числящихся сейчас в Инженерной школе, созданной на базе бывшего политеха, или для гуманитариев или юристов из ДВГТУ. Но в министерстве, определяя, какие вузы подпадают под объединение, об этом не думали.

Возможно, если бы объединение вузов совпало с переездом в кампус на остров Русский, то прошло бы оно не так болезненно. Но ДВФУ еще почти два года жить в старых корпусах, да и процесс ликвидации прежних вузов сильно затянулся, поэтому реальное объединение структур четырех бывших вузов проходило летом очень быстро, в спешке, а спешка всегда до добра не доводит. Еще в июне студенты обращались на привычные кафедры, в деканаты, дирекции институтов, а уже в сентябре пришлось бегать по разбросанным по разным районам города корпусам, выясняя, кто ими нынче занимается. Оказалось, какие-то школы, а там какие-то руководители образовательных программ, администраторы образовательных программ, документоведы, которые ни своих обязанностей не знают, ни своей зарплаты, что, к слову, тоже очень важно. Нет ни институтов, ни факультетов, да и кафедры нынче совсем другие. Поменялись начальники и секретари, никто толком ничего не знает, чтобы решить мало-мальский вопрос, надо побегать по городу, выясняя, где сейчас какая служба ДВФУ расположена.

В свое время у Миклушевского спрашивали, стоит ли так спешить с реорганизацией? Не лучше ли студентам, уже обучающимся в объединяющихся вузах, дать возможность доучиться по старым планам, у прежних преподавателей и в привычной структуре, как сделали, к примеру, в Южном федеральном университете. И одновременно создавать новую структуру университета, но только под новый набор. Но Миклушевский был непреклонен: ломать так ломать.

Ломать — не строить?

Как бы ни различалась организация учебного процесса в ДВГУ и в ДВГТУ, это все-таки были ведущие университеты Дальнего Востока с уже сформировавшимися научными школами. Так, Юридический институт ДВГУ известен на всю страну, не зря двое его выпускников и преподавателей сейчас являются судьями Конституционного суда Российской Федерации. Восточная школа ДВГУ известна далеко за пределами нашей страны. А факультет журналистики ДВГУ, к примеру, входит в пятерку ведущих журфаков России по качеству подготовки выпускников. То же самое можно сказать о профессиональных школах ДВГТУ: строительной, кораблестроительной и некоторых других, подготовивших тысячи квалифицированных инженеров для экономики Дальнего Востока и Восточной Сибири.

Но в министерстве отважились на очередной эксперимент (мало оказалось Фурсенко экспериментов со средним образованием, с Болонским процессом, с ЕГЭ) — не исключено, что именно ради этого эксперимента и отправили во Владивосток Владимира Миклушевского. Именно ему поручили сломать традиционную систему высшего образования в ДВФУ.

Как обычно организованы российские высшие учебные заведения, как бы они ни назывались — институтами, академиями, университетами? Кафедра, затем факультет, затем — в крупных университетах — институт. Традиционная, годами наработанная, достаточно понятная и — главное — эффективная структура, которой остались верны и в МГУ, и в других федеральных университетах. Но в министерстве решили создать в ДВФУ совершенно новую структуру из девяти школ: инженерной, биомедицины, гуманитарных наук, естественных наук, искусства, культуры и спорта, педагогики, региональных и международных исследований, экономики и менеджмента и юридической. Когда Владимир Миклушевский впервые рассказывал об этой структуре, он ссылался на западный опыт, хотя на Западе, в частности в США, школы — это, скорее, наши факультеты. В ДВФУ же решили создать нечто гигантское. Яркий пример тому — Инженерная школа, объединившая 67 (трудно поверить, но это так. — Ред.) кафедр, — по существу, это большой вуз, но с весьма и весьма урезанными правами.

Создается впечатление, что схему с девятью школами придумал кто-то с очень высокой должностью, потому что Миклушевский даже во время жесткого конфликта с прессой вокруг Восточного института ДВГУ был готов на что угодно, но только не на увеличение числа школ. Хотя создание Восточной школы ДВФУ было бы наилучшим решением: и традиции Восточного института сохранили бы, и авторитета ДВФУ в Азиатско-Тихоокеанском регионе добавили бы. Но Миклушевский стоял твердо: только девять школ. И никакой Восточной.

В результате Восточный институт ДВГУ влился в Школу региональных и международных исследований ДВФУ вместе с политологами, лингвистами и даже истинными гуманитариями — филологами, место которых конечно же в Школе гуманитарных наук. Но из гуманитариев в Школе гуманитарных наук остались лишь историки и философы. К ним добавили журналистов, рекламщиков, пиарщиков, издателей, теологов, психологов и даже социальных работников. Еще смешнее получился состав Школы искусства, культуры и спорта. Видимо, кто-то с очень высокой должностью решил, что культура и физическая культура — это одно и то же.

Более или менее повезло Юриди-ческой и Инженерной школам: первая была сформирована на основе Юридического института ДВГУ, вторая — фактически на базе всего ДВГТУ. Школа экономики и менеджмента впитала в себя Институт экономики и менеджмента ДВГУ и почти весь ТГЭУ. Объявляя почти год назад новую структуру ДВФУ, Владимир Миклушевский заявлял, что руководителями школ будут в основном перспективные молодые ученые, в том числе и из столицы — якобы он договорился об этом с ректором МГУ Садовничим. Но никто из москвичей переезжать на Дальний Восток не согласился.

В результате директорами школ стали в основном старые, проверенные кадры. Так, бывший ректор ДВГУ Владимир Курилов возглавил Юридическую школу, бывший ректор ТГЭУ Владимир Белкин — Школу экономики и менеджмента. Сложную по составу Школу региональных и международных исследований отдали Владимиру Кузнецову, который ради этого вернулся из Сан-Франциско, где он много лет жил после ухода с поста губернатора, но зато в замы ему отрядили опытнейшую Анну Хаматову, возглавлявшую прежде Восточный институт ДВГУ.

До сих пор без директоров остаются Школа искусства, культуры и спорта и Школа гуманитарных наук. По первой все понятно: сложно найти человека, который бы одновременно уверенно разбирался в тонкостях раннего Ренессанса и особенностях постановки удара у боксеров-средневесов. А вот со Школой гуманитарных наук случился облом: именно сюда планировал Миклушевский пригласить какого-нибудь москвича, но не получилось. И в Школе гуманитарных наук до сих пор обязанности директора исполняет действительно молодой (где-то за 30) и, говорят, перспективный Феликс Ажимов. Правда, злые языки утверждают, что своей должностью он обязан маме, вовремя организовавшей в Приморской картинной галерее выставку акварелей искусствоведа Ирины Миклушевской, супруги ректора. Но в самой школе от этого радости мало, ведь управленческого опыта у Феликса Евгеньевича явно маловато.

Подсчитали — прослезились

Под создание новых федеральных университетов Владимир Путин в свое время пообещал каждому по 5 миллиардов. Деньги, конечно, большие, но федеральные университеты нынче переведены в статус автономных учреждений, а это означает, что рассчитывать на прямые бюджетные субсидии отныне нельзя. Между тем Владимир Миклушевский, агитируя приморскую общественность за федеральный университет, утверждал, что жить новый университет будет довольно богато: и условия работы будут отменными, и служебное жилье преподавателям дадут, и зарплата вырастет существенно. Правда, после студенческих волнений 30 сентября Владимир Владимирович заявил: фонд оплаты труда ДВФУ вырос только на 35 %, не уточнив при этом, насколько в среднем вырастет зарплата основной «тягловой» силы университета — преподавателей. Ведь пока в ДВФУ свою зарплату знают только чиновники, которых, кстати, стало очень и очень много.

Вопрос о чиновничьих зарплатах в ДВФУ, конечно, закрытый, и Владимир Миклушевский остерегается называть конкретные цифры. Но не случайно потянулись в ДВФУ чиновники из краевой администрации: за работу примерно того же уровня в университете получают в несколько раз больше. Говорят, что руководитель департамента в новом университете получает под 90 тысяч рублей, начальник отдела — под 60 тысяч. Да и у остальных чиновников заработная плата намного превышает зарплату преподавателей. Хотя сколько конкретно будут получать преподаватели ДВФУ — пока неизвестно.

Дело в том, что систему оплаты труда преподавательского состава только в сентябре обсудили на ученом совете университета. Получилась она сложной, столь наукообразной, что даже опытные экономисты с трудом понимают смысл многих ее формул. Оказывается, разработкой системы оплаты труда для ДВФУ руководила дама, так «организовавшая» кадровую работу в одной из телефонных компаний, что даму эту с удовольствием спровадили в ДВФУ.

Главное же, что оклады преподавателей ДВФУ намного ниже установленного в нашей стране минимального размера оплаты труда, т. е. 4330 рублей. На вопрос одного из преподавателей, как это понимать, ректор спокойно ответил, что такое действо допустимо с точки зрения Трудового кодекса. И он был прав: действительно, из новой редакции Трудового кодекса убрали пассаж о том, что МРОТ — это оклад, и сейчас в МРОТ можно включать и оклад, и региональные надбавки, что не очень приятно для дальневосточников.

Зато новая система оплаты труда существенно стимулирует преподавателей, готовых читать лекции на английском языке: оплата их труда вырастает сразу в три раза. Вопрос только, кому это надо. Неужели какой-нибудь азиатско-тихо-океанский папа пошлет своего отпрыска изучать английский язык в российский Владивосток? Весьма и весьма сомнительно. Вот и китайские студенты, традиционно обучающиеся во Владивостоке, сразу же открестились от лекций на английском языке: дескать, мы приехали к вам изучать русский язык, а за английским поедем в другие, англоязычные страны. Но страсть в ДВФУ к изучению английского отразилась и на безвинных китайцах: за год предвузовской подготовки они так и не сумели овладеть великим и могучим русским языком, поэтому преподаватели отмечают, что нынешние китайские студенты-первокурсники намного хуже владеют русским языком по сравнению с прошлогодними, прошедшими подготовку еще в ДВГУ.

Связано ли это с симпатиями Владимира Миклушевского к английскому языку? Вряд ли. Вот только никто так и не объяснил бывшему замминистра, что живем-то мы в Российской Федерации, конституцией которой установлен один государственный язык — русский, и финансово наказывать преподавателей за незнание других языков как-то неконституционно. Да и Россия считает себя все-таки великой державой, и просто обязанность Дальневосточного федерального университета — продвигать на просторах Азиатско-Тихоокеанского региона именно русский язык. Но вот и преподавателей-русистов зачем-то задвинули к восточникам в Школу международных и региональных исследований. И за лекции на русском пообещали платить копейки.

Конкретные суммы своей заработной платы преподаватели и сотрудники ДВФУ узнают очень скоро, получив первые «расчетки». Но, по подсчетам, заработная плата у многих может уменьшиться, особенно у преподавателей тех специальностей, которые пользовались прежде популярностью у студентов-договорников. И это несмотря на то, что стоимость обучения в ДВФУ в этом году по многим специальностям выросла практически в два раза — до 90-100 тысяч рублей.

Владимир Миклушевский объяснял резкий рост стоимости обучения необходимостью сравнять договорную цену со стоимостью бюджетного обучения. Правда, никаких расчетов при этом представлено не было. На доводы оппонентов о том, что 90-100 тысяч рублей в год и более — неподъемная сумма для семей многих дальневосточников, ректор отвечал, что университет заинтересован прежде всего в «нормальных» студентах, показавших на ЕГЭ высокий уровень знаний. И в этом он по-своему прав. В последние годы многие вузы финансово выживали в основном за счет коммерческого набора, не особо задумываясь над качеством поступающих студентов.

Правда, стоимость обучения по некоторым специальностям в ДВФУ практически не выросла. К примеру, в Инженерную школу можно было этим летом поступить за 45 тысяч рублей в год, что более чем в два раза ниже стоимости обучения в других школах вуза. Миклушевский объяснил это заботой о подготовке специалистов по приоритетным специальностям. Насколько это оправдано, ректор не задумывался. Между тем государство нынче озабочено количеством и качеством специалистов во многих отраслях народного хозяйства, не отнесенных в ДВФУ к приоритетным. Не случайно премьер-министр страны активно занимается нынче уровнем оплаты труда учителей и врачей.

С удорожанием обучения связали студенты ДВФУ и жесткую позицию ректората к «хвостистам». И хотя Владимир Миклушевский в своем интервью из столицы всячески открещивался от этого,  действительно в университете приказали до конца сентября отчислить всех студентов, имеющих по две задолженности и более. В случае ликвидации «хвостов» такие студенты могли бы восстановиться в вузе, но уже по новым, более высоким расценкам.

В ДВФУ не только резко снизили стоимость обучения по так называемым приоритетным специальностям, но и резко
повысили студенческие стипендии для этих же специальностей, что, кстати, стало одной из причин студенческих волнений 30 сентября. Согласитесь, не очень приятно будущему педагогу со стипендией в 1320 рублей знать, что будущий инженер получает почти в три раза больше.

Существенно подняли в ДВФУ и стоимость обучения в гимназиях и колледжах, доставшихся федеральному университету от прежних вузов, — до 50 тысяч рублей в год. Правда, федеральный закон «Об образовании» допускает введение в государственных учебных заведениях платных дополнительных услуг. Вот только ни в договорах с родителями, ни в самом процессе обучения вы не найдете в ДВФУ никаких дополнительных образовательных услуг — все то же, что и в обычной средней школе. Некоторые родители предполагают, что таким образом, с помощью финансового рычага, ректор пытается ликвидировать гимназии и колледжи — этот довесок к федеральному университету, от которого он решил сразу же избавиться, а свою позицию не скрывал в многочисленных интервью. Но город не поспешил принять эти учебные общеобразовательные заведения на свой баланс. По неофициальной информации, сейчас обоснованностью платного общего образования в ДВФУ занимается прокуратура.

Но та же прокуратура почему-то очень спокойно относится к многочисленным нарушениям трудового законодательства в ходе реорганизации четырех вузов в ДВФУ. Так, всех преподавателей и сотрудников обязали заключить с ДВФУ срочные трудовые договоры на один год — и преподавателей, которые обычно избираются на срок от одного до пяти лет, и учебно-вспомогательный персонал, трудовые договоры с которым являются бессрочными. Но на грубейшее нарушение ст. 75 Трудового кодекса РФ в ДВФУ не обратили внимания ни прокуратура, ни инспекция по труду, призванная отслеживать и пресекать все нарушения трудовых прав работников.

После студенческих волнений 30 сентября в ряде СМИ появились сообщения о возможных акциях протеста со стороны преподавателей. Но сведущие люди считают такое маловероятным. Преподаватели, которым было куда уйти, уже давно в ДВФУ не работают. Остались лишь патриоты вуза (действительно, есть и такие), но больше тех, кому идти просто некуда. Ведь и до этого заработная плата преподавателей была зачастую намного ниже средней в Приморском крае (только в годы советской власти работа в вузе была финансово престижной). А представители учебно-вспомогательного персонала в большинстве своем уже разбежались из ДВФУ, узнав о будущей весьма и весьма скромной зарплате и довольно существенном сокращении численности, что естественно отразится на напряженности и условиях их работы.

«Светлое будущее» на Русском

Трудно сказать, кто убедил премьера в том, что на острове Русском можно создать рекреационную зону. На самом деле условия для комфортного отдыха летом на острове подходящие только в его юго-западной части, где уже расположена губернаторская резиденция и где планируется построить резиденцию для президента. В северо-восточной части острова, где в бухте Аякс возводится кампус для федерального университета, природные условия намного менее комфортные — не зря на старых картах этой район заодно с бухтой Тихая назван Гнилым Углом. Но именно здесь, в Гнилом Углу, и решено было построить кампус для нового федерального университета.

Те, кому удалось побывать в строящемся кампусе, возвращаются, переполненные противоречивыми впечатлениями. С одной стороны, действительно, будущий кампус выглядит грандиозно. Нигде в России такое еще не строилось. С другой стороны, у людей возникают совершенно правомерные сомнения в комфортности работы или учебы в таком кампусе.

Во-первых, как жители Владивостока будут добираться до университетского кампуса? Владимир Миклушевский утверждает, что транспортная проблема будущего кампуса — это забота мэра Игоря Пушкарева. Пушкарев, однако, совершенно справедливо отмалчивается, так как, видимо, понимает, что решить эту проблему будет непросто. И на мостах возможны пробки. И доставлять тысячи студентов, преподавателей и сотрудников на остров и с острова нужно одномоментно — к началу занятий и после их окончания, что очень проблематично. И пока неизвестно, сколько будет стоить такая доставка для кошелька студентов со стипендией в 1320 рублей или преподавателей с зарплатой в 15-20 тысяч рублей. А что говорить о гигантском штате вспомогательного персонала (уборщицы, охранники, слесари-сантехники, электрики и т. п.), которые в старых корпусах ДВФУ сейчас трудятся за символическую зарплату в 4-5 тысяч рублей? Или что будет с нынешними вечерниками, чьи занятия заканчиваются почти в девять часов вечера, — как они в столь поздний час будут добираться домой?

Ведь уже смолкли разговоры о том, что преподавателям предоставят на Русском служебное жилье, что сразу же выглядело сомнительным: где набрать столько квартир для тысяч преподавателей ДВФУ, да и мало кто из них согласился бы постоянно жить в условиях бухты Аякс. Теперь Владимир Миклушевский обещает выделить преподавателям земельные участки для индивидуального жилищного строительства. Но даже весьма скромный домик тянет во Владивостоке до 10 миллионов рублей, и сомнительно, что большинство преподавателей ДВФУ смогут осилить такую сумму.

Во-вторых, а сможет ли сам федеральный университет содержать суперсовременный кампус на острове Русском? Корпуса университета строятся по западным стандартам, с размахом, и уже сейчас специалисты с ужасом подсчитывают, сколько будет стоить содержание гигантских корпусов — вода, тепло, канализация, освещение, земельный налог и гигантский штат обслуги. Понимает, видимо, это и сам Миклушевский. Не случайно в университете уже говорят о том, что плата за обучение после переезда на Русский будет еще раз повышена. Это с нынешних-то уже неподъемных для большинства приморских семей сумм.

В-третьих, на какие средства будет достраиваться кампус ДВФУ? Ведь государство профинансировало строительство только первой очереди федерального университета. Предполагается, что строительство второй части будет осуществляться за счет продажи нынешних корпусов ДВФУ. Владимир Миклушевский заявляет, что университет оставит за собой только несколько старинных зданий в континентальной части Владивостока. Но найдутся ли покупатели на такие здания ДВФУ, как, к примеру, корпус по адресу: Октябрьская, 27, где сейчас занимаются будущие математики и химики? Весьма сомнительно. И если даже эти здания будут проданы, как университет получит деньги? Ведь в соответствии с законодательством все средства от реализации федерального имущества (а все здания ДВФУ как раз и являются федеральным имуществом) поступают в федеральный бюджет. И пока неизвестно, согласится ли Государственная дума образца декабря 2012 года внести в закон о федеральном бюджете 2013 года пункт о передаче средств от реализации федерального имущества, закрепленного за ДВФУ, в бюджет университета.

Как видим, вопросов о «светлом будущем» Дальневосточного федерального университета много. И далеко не на все из них у ректора Владимира Миклушевского есть внятные ответы. Поэтому и взбунтовались 30 сентября студенты ДВФУ. Поэтому ходят пока в раздумьях преподаватели и сотрудники университета. Но на вопросы надо все-таки отвечать. Но готов ли к этому Владимир Владимирович?

№ 105 / Кузьмичев Егор / 06 октября 2011
Статьи из этого номера:

Прокурор Тихоокеанского флота отстаивает сушу

Подробнее

Студент — существо бесхвостое

Подробнее

Сборы в собрание

Подробнее