Место событий

Аренда пуще охоты

Приморское охотхозяйство душат новыми ставками

Аренда пуще охоты


Цивилизованной охоте в Приморье, а значит, более или менее устойчивому существованию в тайге всевозможного зверья и его охране, приходит конец. Именно так решили в Приморском краевом обществе охотников и рыболовов, председатель правления которого Виктор Самойлов 10 апреля направил президенту Медведеву открытое письмо.

Фабула вкратце такова. В России произошли изменения в охотничьем законодательстве, в результате которых в Приморье постановлением правительства РФ от 30.06.2010 № 490 были введены максимальные ставки платы за пользование охотугодьями. Сами охотники эти ставки называют не иначе как «грабительскими». Например, в соседнем Хабаровском крае они почему-то установлены на минимальном уровне — в 10 раз ниже приморских. Десятки охотничьих обществ края оказались на грани выживания.

По словам Виктора Самойлова, после многочисленных обращений к депутатам ЗС, в правительство РФ и к президенту России в апреле 2011 года глава Минприроды РФ Юрий Трутнев поручил своим подчиненным «проработать вопрос о снижении ставок платы за единицу площади охотничьих угодий при заключении охотхозяйственных соглашений в отдельных дальневосточных регионах». Однако за прошедший с тех пор год вопрос так и не был «проработан». Сейчас охотхозяйства Приморья, имеющие в пользовании значительные площади охотугодий и охраняющие их от браконьеров, пожаров, вкладывающие в тайгу немалые деньги, поставлены перед выбором: либо они заплатят 1–4 млн рублей, либо соответствующая территория будет выставлена на аукцион или вообще перейдет в категорию «угодий общего пользования», которые сразу же, предрекают охотники, превратятся в «биологическую пустыню».

В открытом письме президенту Медведеву, премьеру Путину, министру Трутневу (копии направлены губернатору Приморья Миклушевскому, спикеру краевого ЗС Овечкину и др.) говорится, что в Приморье плата за охотугодья «составляет 10 рублей за 1 га, как в Московской области. В соседнем Хабаровском крае, с равнозначной флорой и фауной, ставка минимальная —
1 рубль за 1 га… Принцип установления дискриминационных ставок платы… ничем не мотивирован и малопонятен». Максимальные ставки, указывается в письме, наносят удар по делу охраны животных, в том числе тигра и леопарда. «Проблема напрямую касается около 110 охотничьих хозяйств, более 40 тысяч охотников Приморского края и членов их семей, коренных малочисленных народов, ведущих традиционное природопользование. Прогнозируемые… негативные последствия — развал десятилетиями создававшегося в крае промыслового охотничьего хозяйства, безработица и нищета в таежных поселениях Приморского края, миллионы гектаров неконтролируемой тайги, всплеск браконьерства, сокращение численности копытных», — утверждают авторы письма. По мнению Виктора Самойлова, не стоит надеяться на то, что угодья просто перейдут к новым пользователям, которые «потянут» нужную сумму, и все будет хорошо: «Лишить угодий нерадивого собственника — как бедного, так и богатого — можно было и по старому законодательству. Нет прямой связи между введением оплаты и прекращением порочной практики паразитического хозяйства». Самойлов считает: хозяйства, которые найдут деньги и заплатят по максимальным ставкам, будут потом пытаться «отбить» эти деньги. Основной способ для этого — увеличение количества коммерческих сверхлимитных охот и увеличение их стоимости (последнее приведет к переходу охотников на нелегальное положение). «Все это вызовет напряжение в социальной сфере, на фоне чего все идеи о сохранении животного мира не будут находить отклика», — резюмируется в письме.

Кроме того, охотникам вообще непонятно, на каком основании введена дополнительная оплата и почему она считается с площади. «Нам навязывают аренду леса для нужд охотничьего хозяйства, — говорит Олег Юшкин, глава общественной организации охотников и рыболовов «Сидатун» (село Мельничное Красноармейского района). — Для примера: рыбаки платят квоту за рыбу, которую они ловят, но не платят за моря, которые они бороздят. Так же и мы платим за животный мир, и почему мы должны платить за землю, по которой ходим?»

Координатор программы Амурского филиала WWF России по сохранению биоразнообразия Сергей Арамилев указывает: новые нормы появились в разгар финансового кризиса, когда государство искало любые возможности для пополнения бюджета. Однако если охотхозяйства Подмосковья и Ленинградской области могут потянуть высокие ставки, то приравненное к ним Приморье — едва ли. «Там большая конкуренция, территории мало, а населения много. За Уралом ситуация обратная: людей немного, а территория огромная. Однако ставки по каким-¬то причинам были хаотично распределены без учета местных особенностей», — говорит Сергей Арамилев.

В письме охотников предлагается пересмотреть размер ставок для Приморья: для промысловых районов оставить пользование угодьями без оплаты, для остальных ввести ставку 1 рубль за 1 га — как в Хабаровском крае. «Три района — Пожарский, Красноармейский и Тернейский — промысловые. Для нас охота — это не стрельба по банкам, не сафари, а работа. Люди у нас заходят на сезон осенью или зимой и возвращаются весной. Они идут в тайгу, чтобы заработать деньги и кормить детей. А сегодня их могут лишить работы», — говорит Олег Юшкин.

Интересно, что в данном случае сошлись интересы охотников и экологов. «WWF не поддерживает охотников или других лиц в их стремлении убивать животных или уничтожать растения, но WWF поддерживает охотников в их стремлении увеличить численность животных и сохранить их местообитание», — говорится в комментарии Амурского филиала WWF России. Фонд поддерживает предложение, высказанное в открытом письме за подписью Самойлова.

Буквально на днях в Приморье наконец был учрежден национальный парк «Земля леопарда». Выходит, одной рукой правительство охраняет леопарда и других зверей, а другой создает условия для их же уничтожения?

№ 132 / Кузьмичев Егор / 19 апреля 2012
Статьи из этого номера:

Мосты и подмостки

Подробнее

Аренда пуще охоты

Подробнее

Сергей Дарькин: Я готов ответить на любые вопросы

Подробнее