Авто

Город для машин

Владивосток остается самым моторизованным городом России. Повод для гордости — или напротив?

Аналитическое агентство «Автостат», изучив степень автомобилизации российских регионов, вновь ожидаемо признало: самым автомобильным городом России остается Владивосток. Это, конечно, греет наш милый географический шовинизм, культивирует фирменную владивостокскую гордыньку — в данном случае скорее простительную и даже необходимую, чем греховную, потому что разговоры в духе «пора отсюда валить» и «ничего хорошего этот город не ждет» порядком достали. Но одновременно наводит на невеселые размышления.

Вот что сообщает «Автостат»: «Обеспеченность легковыми автомобилями в России по итогам 2013 года составила 274 единиц на 1000 человек… Самым автомобилизированным регионом России является Приморский край, где 572 жителя из 1000 владеют машинами» (наверное, излишне добавлять, что лидер по автомобилизации среди приморских городов — Владивосток). На втором месте — Камчатский край, причем нельзя сказать, что он дышит в спину лидеру: здесь только 458 машин на тысячу. На почетном третьем месте — почему-то Калужская область, далее — Подмосковье и Калининградская область, за которыми идут Псков, Карелия, Рязань и Тюмень, а замыкает топ-10 Москва с 311 единицами транспорта на 1000 человек. 

Регионы-призеры тасуются, но абсолютным лидером из года в год остается Владивосток. Интерпретировать этот факт можно по-разному. Можно, конечно, им гордиться. Действительно, сотни тысяч автомобилей, заполонивших в последние два десятка лет Владивосток (в основном это японские праворульные модели, хотя в последнее время появилось немало леворуких иномарок, а вот отечественному автопрому нас уже, видимо, не завоевать), способствовали избавлению города от провинциальности его облика, став одной из его наиболее оригинальных черт, неотъемлемым элементом колорита, визитной карточкой и так далее. Даром, что ли, в сувенирных лавках продаются майки с лозунгами «Руль справа, сердце слева», поэты пишут аналогичные вдохновенные строки, а юные девушки увлеченно рассуждают о сайлентблоках и амортизаторах.

Но означает ли все это, что Владивосток — один из самых развитых, цивилизованных городов России с продвинутыми обеспеченными жителями? К сожалению, нет. Автомобильное лидерство Владивостока говорит о другом: рядом с Приморьем оказалась Япония, и когда вместе с железным занавесом у нас рухнула традиционная (завязанная в основном на государство) система занятости, мы начали спасаться импортом и перепродажей дальше на запад праворульного секонд-хенда. Происходило это не от хорошей жизни и не то что без помощи государства — напротив, при активном противодействии со стороны этого самого государства: взвинчивании пошлин, попытках запретить правый руль, присылке «Зубра» и т. д.

Второе, о чем говорит первое место Владивостока в рейтинге «Автостата»: без машины в нашем городе прожить трудно, и это уже камень в огород властей, прежде всего городских, тем более что нынешний мэр Владивостока Игорь Пушкарев шел на выборы с программой «Комфортный город». Вероятно, подобными обстоятельствами объясняется, например, и сравнительно высокая автомобилизация жителей Подмосковья по сравнению с москвичами в том же рейтинге: в самой-то Москве можно перемещаться и без машины. Чего, к сожалению, не скажешь о Владивостоке: метро нет, электричек мало (и те отменяют), с паромами — отдельный ахтунг, автобусы, несмотря на регулярные окрики властей, ходят абы как (медленно, не туда, не вовремя и вообще произвольно). Плюс наш любимый (это искренне) открыточный рельеф. Остается автомобиль, благо что соседи-японцы нас ими обеспечили. 

Но — и в этом тревожная диалектика автомобилизма как цивилизационного явления — свобода, которую дает человеку автомобиль, со временем переходит в собственную противоположность, когда уже только избавление от автомобильной зависимости может подарить настоящую свободу. Город наш (имеем в виду его «городскую часть», а не гигантские лесные массивы, почти никак не используемые) сравнительно небольшой и гористый, дорог в нем мало. Трассы, построенные к саммиту, пока слабо включены или никак не включены в общую систему городского движения (исключение — Золотой мост, действительно облегчивший поездки на Чуркин). Отсюда — дорожный тромбоз, который скоро приведет к тяжелому инсульту. Вот единичный, но характерный пример: когда в феврале произошла авария на Некрасовском путепроводе, встало на несколько часов все движение начиная с Седанки. 

Прибавьте к этому перманентную невозможность припарковаться, особенно в центре. Причем построй мы в центре сеть парковок — станет только хуже: к ним потянутся дополнительные потоки автомобилей, не говоря о растоптанной городской эстетике. То есть мы дожили до такого момента, когда любое действие или бездействие лишь ухудшают ситуацию. Терпеть дальше нельзя, что делать — непонятно (разве что перейти к откровенно репрессивным мерам: запретить парковку или въезд в центр и т. п.). 

Что центр — и в спальных районах, не рассчитанных на такое количество машин, уже зачастую ни подойти, ни подъехать к так называемым подъездам (не будем даже говорить о пожарных случаях). 

Мы живем в славном городе, но это сегодня город не для людей, а для машин.

Не удивлюсь, если доживем до эпохи новых луддитов, только «лудить» они будут не станки, а машины.

Автомобилизация как таковая — показатель развития города, но лишь один из многих. Если взять другие: среднюю зарплату и ее покупательную способность, стоимость жилья, степень озеленения, развитость дорог и другой инфраструктуры, благоустроенность — здесь Владивосток едва ли окажется первым даже с учетом произведенных к саммиту АТЭС финансовых вливаний и изменений к лучшему, которые, безусловно, есть.

Гордиться самым большим количеством машин на душу населения можно, но почему-то уже не хочется. Это примерно как гордиться обилием торговых центров.

№ 231 / Василий АВЧЕНКО / 03 апреля 2014
Статьи из этого номера:

Подделка

Подробнее

Сбегающие электрички

Подробнее

И дольше года длится содом

Подробнее