История

Ушли в пучину

24 торговых судна с портом приписки Владивосток погибли в годы войны в Мировом океане

Ушли в пучину

Продолжение цикла. Начало в «Новой газете во Владивостоке» в предыдущем номере.

Атакован американской субмариной

Пароход «Кола» (бывший Satartia), построен в 1919 году в США на верфи American Intnl SB Corp. 18 ноября 1942 года получен ДВМП по программе ленд-лиза.

Под советским флагом пароход «Кола» успел сделать, по сути, единственный рейс, доставив в зиму 1942–1943 годов ленд-лизовские грузы из США во Владивосток. Здесь судно разгрузилось. 13 февраля 1943-го «Кола» под командованием капитана Соловьева снялась из Владивостока назначением на Петропавловск-Камчатский курсом вокруг Японии, через Цусимский пролив — пролив Лаперуза, кратчайший путь был забит плотным льдом. На борту находились 73 члена экипажа (включая военную команду) и девять пассажиров с детьми.

Пароход «Кола» в годы войны

15 февраля в Цусимском проливе судно было остановлено японским патрульным кораблем. Получив ответы на интересующие их вопросы, японцы подняли флажной сигнал: «Следовать по назначению». Тем не менее в связи со сложной обстановкой Соловьев распорядился усилить вахты по наблюдению за горизонтом и воздухом.

16 февраля пароход «Кола» следовал рекомендованным курсом и находился далеко от японских берегов в Тихом океане. В полночь предстояло изменить курс — лечь на северо-восток. Но этот маневр судну выполнить не удалось...

В 23 часа 30 минут, когда «Кола» находилась в точке с координатами 30 град. 56 мин. с. ш., 136 град. 30 мин. в. д., раздался оглушительный взрыв. Огненный столб разорвал левый борт, разрушил жилые помещения, верхнюю палубу, надстройку. Вслед за первым взрывом раздался второй. Теперь торпеда попала в топливный диптанк. На палубу выбросило мазут. Накренившаяся на левый борт палуба стала скользкой. Многие моряки, находившиеся в жилых помещениях левого борта, погибли. Оставшиеся в живых в кромешной тьме бросались за борт или скатывались по скользкой палубе в воду и стремились отплыть как можно дальше от тонущего парохода.

Радист Кириленко успел включить аварийную радиостанцию и передать в эфир четырехкратное «С» — условный сигнал, означающий, что судно торпедировано. Затем передал открытым текстом: «Торпедированы... Быстро тонем...»

Когда рассвело, выяснилось, что на чудом сброшенные и найденные в темноте среди волн шлюпку и два плота сумели спуститься только 31 человек из более чем восьмидесяти, находившихся на борту. Спасенные еще не знали, что впереди — двухнедельное плавание по зимнему океану.

Величайшее мужество проявили все — от капитана до юнги, но выдержать испытания до конца смогли лишь четверо: радист Кириленко, третий механик Смаричевский, старший механик Мотин и машинист Платонов. 4 марта их подобрал японский тральщик в 30–40 милях юго-восточнее мыса Муротосаки на острове Сикоку. 23 марта 1943 года моряки встретились с советским консулом в Токио, а 1 апреля все четверо выехали на Родину.

…В те годы казалось однозначным, что «Кола» была атакована японской субмариной. Однако после войны удалось установить, что пароход стал очередной жертвой американских подводников, действовавших по принципу «Топи их всех!», а позже оправдывавшихся тем, что в темноте было трудно различать опознавательные знаки. Тем не менее отсутствие даже попытки оказать помощь гибнущим морякам — более чем показательно.

Особый ужас состоит в том, что пароход «Кола» был «по ошибке» торпедирован американской подводной лодкой SS-276 Sawfish под командованием лейтенант-коммандера Сэндса — все той же Sawfish, что спустя менее полусуток атаковала и потопила пароход «Ильмень» (о нем — в предыдущем номере «Новой во Владивостоке»)…

Спустя десятилетия после войны бывший радист Кириленко написал об этом рейсе книгу — «Плещут холодные волны». Читать ее страшно.

Подорвался на мине

Пароход «Колхозник» (бывший Rockcliffe). Построен в 1925 году в Англии на верфи J.Readhead & Sons Ltd. В СССР с 1935 года, с мая 1941-го — в ДВМП.

Пароход «Колхозник» под командованием капитана Царева в январе 1942 года направлялся из американского Бостона в канадский порт Галифакс, где должен был формироваться конвой для следования в Мурманск. В трюмах и на палубе парохода находилось 4 тысячи тонн груза: цветной металл, танки, самолеты.


Пароход «Колхозник» в порту Сиэтл, США

На этой начальной стадии войны военные власти США еще не могли обеспечить охрану, пароходу пришлось следовать до Галифакса рекомендованными курсами в одиночку. До порта назначения оставалось каких-то 60–70 миль, когда 17 января 1942 года в 01 час 25 минут в точке с координатами 44 град. 23 мин. с. ш., 63 град. 39 мин. з. д. произошел глухой удар в носовой части судна, от которого сильно содрогнулся корпус. Случилось это в 15 милях от плавучего маяка Sumbrow, штат Мэн.

Судно еще слушалось руля, и капитан, надеясь посадить пароход на грунт, дал команду рулевому взять курс на берег, работая машиной малым ходом. Однако вскоре стало ясно, что судно быстро погружается носовой частью, а в кочегарку и машинное отделение поступает вода, перемешанная с углем. Прозвучала команда спустить шлюпки на воду.

Шлюпка левого борта была при спуске разбита штормовой волной. А шлюпка правого борта — из-за крена судна — сама оказалась в воде. В ней и стали размещаться моряки. Тем временем начальник радиостанции Проценко успел послать в эфир короткую радиограмму: «...1 часа 25 минут торпедированы в точке с координатами...» Он продолжал работать, пока не получил подтверждение от радиостанций Нью-Йорка, Бостона, Галифакса о приеме сигнала бедствия. Буквально через минуту ему пришлось прыгать в ледяную воду. И хотя его сразу подобрали, укрыли чем могли, обморожения второй степени избежать не удалось.

Машинисты и кочегары спасались на плоту, который чудом не затянуло в водоворот погружающегося судна. «Колхозник» уходил в пучину почти вертикально, задрав корму. При этом до последнего слышался тягучий гудок, как будто пароход прощался с моряками.

Перекличка в шлюпке и на плоту показала, что отсутствуют два кочегара. Спасшиеся моряки сделали еще несколько кругов на месте катастрофы, но на поверхности больше никого не было.

Примерно через восемь часов удалось добраться до плавучего маяка. Отсюда связались с Галифаксом, и к концу дня на маяк прибыло спасательное судно, которое доставило потерпевших бедствие моряков в порт. Одиннадцать человек, обмороженных и раненых, поместили в госпиталь, а остальные разместились в морской гостинице.

Причина гибели «Колхозника» в течение длительного времени оставалась загадкой; в некоторых источниках утверждалось даже, что причиной огромной пробоины в носовой части судна стало столкновение с неким полузатопленным предметом, что бросало тень на моряков и их судоводительское мастерство. И лишь много лет спустя после войны благодаря работе исследователей с архивными немецкими документами было установлено, что пароход «Колхозник» подорвался на плавающей мине, которые были выставлены в этом районе немецкими подводными лодками.

Погиб в одиночном плавании

Пароход «Красный партизан» (первое название — «Григорий Зиновьев»), построен в 1925 году в СССР, на Балтийском заводе (Ленинград). С 1928 года — в ДВМП.

Пароход «Красный партизан» под командованием капитана Белова в середине 1942 года вышел из Владивостока в США с экипажем в составе 51 человека. В Америке пароход принял на борт полный груз и северным путем в составе каравана благополучно прибыл в порт Мурманск.

Предстоял новый рейс, однако обстановка к этому моменту существенно ухудшилась. Разгромив несколько конвоев, немцы добились того, что союзники приняли решение временно отказаться от конвойного плавания, заменив его на одиночное, «капельное», исходя из того, что одному транспорту проще прорваться незамеченным, тем более под прикрытием полярной ночи. Естественно, что при этом экипажи судов могли надеяться и рассчитывать только на свои силы.

Первыми в осень и зиму 1942 года в одиночное плавание направились пять судов, которые имели некоторое вооружение и определенный боевой опыт. Первым ушел пароход «Урицкий», затем последовали пароходы «Ванцетти», «Родина», «Шилка», «Охта». В другую группу судов, уходивших поодиночке в начале 1943 года, вошел и пароход «Красный партизан».

Сейчас точно установлено, что «Красный партизан» до 9 января 1943 года находился в Мурманске, производил грузовые операции и одновременно ремонтные работы. В первую посленовогоднюю декаду мурманский порт и город подвергались сильным бомбардировкам немецкой авиации. У причала был потоплен пароход «Лена», и моряки стоявшего рядом «Красного партизана» участвовали в спасении его экипажа. От сильных взрывов и на «Красном партизане» были повреждения, но экипаж быстро справился с ремонтом.

Вскоре «Красный партизан» вышел в одиночное плавание; как позже выяснилось — в свой последний рейс.
26 января с судна была принята обрывочная радиограмма (связь на переходах была запрещена, чтобы не выдать местонахождения), из которой, тем не менее, можно было понять, что судно горит и тонет. Больше никаких сведений никому получить не удалось, и морская педантичность и скрупулезность требовали внести пароход в список исчезнувших. Произошел ли на судне пожар? Подверглось ли оно торпедной атаке или попало под бомбы? В какой точке? На эти вопросы ответов ни у кого не было…

…И только братья капитана Белова (Терентий Фомич и Георгий Фомич Беловы — тоже капитаны дальнего плавания) продолжали неустанный поиск хоть каких-то следов и свидетельств. Истина выяснилась в конце 1991 года, когда на их запрос пришел ответ из архива бундесвера Германии. К нему была приложена выписка из боевого журнала немецкой подводной лодки U-255 (командир Рейнхордт Рехе), потопившей п/х «Красный Партизан», где указаны координаты его гибели и дата: 73 град. 45 мин. с. ш., 17 град. 30 мин. в. д., 26 января 1943 года; также прилагалось и сообщение на базу немецких ВМС в норвежский порт Нарвик, в котором говорилось что «в 11.04 в квадрате АС 6751 (западнее острова Медвежьего), курс 230, потоплен одиночный транспорт с помощью двухторпедного залпа. Экипаж русский. Название не установлено»…

Весь экипаж «Красного партизана» (51 человек!) погиб.

Расстрелян артиллерией в упор

Грузопассажирский пароход «Кречет» (первое название — Polaris), построен в 1899 году в Англии на верфи Gourlay Bros. С 1914 года в России, в составе ВМФ, с 1931-го — в ДВМП.

К лету 1941 года торговый флот Дальневосточного морского пароходства насчитывал 85 единиц: 70 пароходов и 15 теплоходов, в число последних входило пять танкеров. Большая часть пароходов была старой постройки, и многие из них требовали капитального ремонта; содержание флота в надлежащем техническом состоянии являлось для руководства пароходства и экипажей первостепенной и главной задачей.

С началом Великой Отечественной войны стало ясно, что роль морских перевозок резко возрастает. Поэтому в июле-августе 1941 года четыре судна с портом приписки Владивосток: «Кречет», «Симферополь», «Свирьстрой» и «Сергей Лазо» — были направлены в Гонконг для капитально-восстановительного ремонта на судоремонтные заводы, принадлежащие английским компаниям.

Ремонт был практически в разгаре, когда в декабре 1941 года японская армия пошла на штурм одной из главных английских колоний и баз на Тихом океане. Фактически все ремонтные работы были свернуты. Пароходы «Сергей Лазо» и «Свирьстрой» отвели на рейд. Пароход «Симферополь» остался в сухом доке, а пароход «Кречет» был поставлен на рейде примерно в 2–3 милях от остальных советских судов в самой узкой части пролива.

11 декабря японские войска захватили полуостров Коулун. Достигнув береговой черты, они немедленно повели артиллерийский обстрел рейда, представлявшего собой в то время, по сути, кладбище судов: многие из них были полузатоплены — торчали надстройки и мачты, другие затоплены полностью.

14 декабря японская артиллерия с близкого расстояния прямой наводкой начала обстрел парохода «Кречет». Получив несколько десятков прямых попаданий, пароход загорелся, и вскоре пламя полыхало по всему судну. Ночью пароход затонул, но экипаж успел благополучно перебраться на своих плавсредствах на берег.

Японцы на грузовых машинах отвезли их в тыловую часть города и поместили в пустующий дом.

В середине 1942 года была организована первая группа моряков для отправки домой. Все они были доставлены в Шанхай, где им пришлось задержаться еще на три с лишним месяца в ожидании виз, и только в декабре 1942 года эта группа прибыла в порт Дайрен, откуда уже по железной дороге через Харбин и Читу добралась до Владивостока. С момента, как они покинули родной порт, прошло более полутора лет…

Оставшиеся в Гонконге советские моряки также возвращались группами. В 1943 году они прибыли на Родину. Часть из них ушла на фронт, большинство было включено в состав экипажей судов, получаемых по ленд-лизу в Соединенных Штатах.

Продолжение цикла в следующем номере.

№ 311 / Андрей ОСТРОВСКИЙ / 29 октября 2015
Статьи из этого номера:

​Эпитафия бараку имени Степашина

Подробнее

​Штраф за отписку

Подробнее

​Рухнувшие надежды

Подробнее