История

​Рожденный летать

Путь к небу знаменитого летчика Алексея Маресьева начинался на Дальнем Востоке

​Рожденный летать

Алексей Маресьев, со дня рождения которого 20 мая исполняется 100 лет, — один из самых прославленных советских героев. «Повестью о настоящем человеке» назвал книгу о нем Борис Полевой. Уже в 1948 году вышел одноименный фильм о том, как летчик с перебитыми ногами (его сыграл Павел Кадочников) полз по глухому лесу, выжил и сумел вернуться в строй с ампутированными ступнями. Это знают все. Не все знают о том, что непростой путь Маресьева в авиацию начинался на Дальнем Востоке. И что именно здесь он стал необыкновенным, железным — тем самым «настоящим» человеком.

О чем не писал Полевой

Неизбежный биографический пунктир. 4 апреля 1942 года Алексей Маресьев был сбит в Новгородской области над территорией, занятой врагом. 18 суток пробирался к линии фронта — сначала пешком на поврежденных ногах, потом ползком. Был спасен, но ступни пришлось отнять. Маресьев сделал невозможное — сумел вернуться в строй. Если до ранения он сбил четыре вражеских самолета, то после — еще семь. В августе 1943 года гвардии старшему лейтенанту Маресьеву присвоили звание Героя Советского Союза. С 1946 года он — в отставке: преподает, защищает кандидатскую диссертацию по истории, работает в Комитете ветеранов.

18 мая 2001 года в Театре Российской армии должен был пройти вечер в честь 85-летия Маресьева, но торжество обернулось трауром: Алексей Петрович не пришел. Воистину — где стол был яств…

Маресьев был не единственным в истории безногим летчиком, но, безусловно, самым известным — благодаря книге Полевого. В ней он выведен как «Мересьев» — в фамилии изменена одна буква. Попали в повесть и другие реальные лица. Так, друг Мересьева летчик Дегтяренко — это старший лейтенант Андрей Дехтяренко, начинавший воевать еще на Халхин-Голе. Именно он на «У-2» вывез Маресьева с территории, занятой врагом; погиб в июле 1942 года, посмертно удостоен звания Героя. Капитан Чеслов, в эскадрилью которого попадает Мересьев после госпиталя, — тоже реален: летчик-ас Александр Числов (1915–2009), Герой Советского Союза. Фамилию маресьевского ведомого Петрова Полевой менять не стал.

Есть и отклонения от фактов: например, Мересьев вместе со своим полком «проделал боевую кампанию 1943–1945 годов», а Маресьев в 1944 году согласился стать инспектором-летчиком и перешел в Управление вузов ВВС. У Полевого он был сбит на «ишачке» — на самом деле на «Як-1». Кстати, в ноябре 2015 года писали о том, что на границе Новгородской и Тверской областей найден самолет Маресьева, однако оказалось, что это другая машина.

Все эти расхождения не очень существенны. Важнее другое: книга Полевого начинается с рокового апрельского дня 1942 года. «Повесть о настоящем человеке» — своего рода вторая серия. Но была и первая.

Комсомольск-на-Амуре

Еще немного биографии. Маресьев родился в 1916 году в Камышине Саратовской губернии. После школы получил специальность токаря по металлу. Дважды подавал документы в летное училище, но его не брали из-за слабого здоровья: в детстве перенес тяжелую форму малярии, заработал ревматизм, проблемы с суставами… Решил поступать в Московский авиационный институт — тоже самолеты. Но райком комсомола направил парня на строительство Комсомольска-на-Амуре. Тот поначалу отказывался, готов был положить на стол комсомольский билет… Все же поехал. «Когда перед отъездом я проходил медкомиссию, ко мне подошла женщина-врач и так по-матерински сказала: Алеша, ты, конечно, можешь не ехать. Но знай: если ты одной ногой ступишь на ту землю, все твои болезни пройдут. Я и подумал, что раз смогу выздороветь, то и летчиком стану», — вспоминал Маресьев потом. Неведомая врач оказалась пророком.

Из воспоминаний летчика: «Помню маленький пароход, доставивший нас… на амурский берег, истоптанный, заваленный чемоданами, узлами. На берегу толпились парни и девчата. Куда ни глянь, всюду молодые лица». Был 1934 год, город заложили всего двумя годами ранее.

Алексей валил лес, строил бараки. Потом его перевели на катер «Партизан» мотористом-дизелистом. Он поставил себе цель стать абсолютно здоровым. Работал наравне со всеми и еще лучше, по утрам бегал, обтирался снегом… «Через некоторое время выяснилось, что я совершенно здоров», — вспоминал он потом, объясняя свое выздоровление действием дальневосточного климата. Тут могут быть разные мнения, но факт есть факт: Алексей превратился в здорового крепкого парня, готового к любому труду и обороне. Он не просто закалил тело — он сумел преодолеть себя. Потом он сможет это повторить — в том гибельном лесу. И еще раз — когда освоит протезы и станет летать без ног.

…Одним из первых Маресьев записался в аэроклуб Комсомольска. Легко прошел медкомиссию. Аэроклуб, правда, еще предстояло создать — для начала раскорчевать летное поле. У Полевого Комсомольск упоминается лишь однажды — и как раз в связи со строительством аэроклуба, открытого в 1935 году: «Когда строители отдыхали после трудового дня, аэроклубовцы, возглавляемые Алексеем, смазав свое тело керосином, долженствующим отгонять комара и гнуса, выходили в тайгу… Они пилили, корчевали деревья, взрывали пни, ровняли землю, отвоевывая у тайги пространство для аэродрома… С этого аэродрома Алексей и взмыл в первый раз в воздух на учебной машине, осуществив наконец заветную мечту детства».

Уже того, что первый полет Маресьев совершил в Комсомольске, достаточно для того, чтобы город считался «Аэроградом», как назвал свой дальневосточный фильм 1935 года Александр Довженко. Он и поныне — аэроград: в Комсомольске делают боевые «сушки» и гражданские «суперджеты». Не случайно среди его почетных жителей — не только Маресьев, но и Гагарин. Не Довженко ли с Маресьевым так запрограммировали город?

Другим именитым строителем Комсомольска был поэт Николай Заболоцкий. Только прибыл он сюда позже — в 1939-м — и не по своей воле.

Сахалин

В 1937 году Маресьева призвали в армию — в Пограничные войска НКВД. Служил он на Сахалине авиатехником 12-го авиационного погранотряда.

Сведений об этом периоде — немного. Сам Маресьев рассказывал, что служил в селе Кировском (ныне входит в Тымовский городской округ) и не летал, а «заносил хвосты» у самолетов. Сын Виктор Маресьев говорил со ссылкой на рассказы отца, что тот ловил на Сахалине неких «японцев-перебежчиков». Южный Сахалин был тогда японским, вот-вот ожидалась война…

С Сахалина Маресьева (по одним источникам, в 1938-м, по другим — в 1939-м) направили в Батайскую авиационную школу пилотов имени Серова, которую он и окончил в 1940 году, получив звание младшего лейтенанта. Как один из лучших курсантов был оставлен в школе инструктором. Там же, в Батайске Ростовской области, встретил войну.

Но правда в том, что в Батайск школа была переведена только в октябре 1939 года. А создана — в августе 1938 года в Чите как «30-я Военная школа пилотов» (именно с нее ведет свою историю Краснодарское высшее военное авиационное училище летчиков).

Чита

Читинские журналисты Ирина Трофимова и Анна Кулигина (zab.tv) выяснили: Маресьев осваивал истребитель на старинном читинском аэродроме «Черемушки» («Чита-1»). Здесь еще до революции базировался авиаотряд, вооруженный французскими аэропланами, а в 1920 году стоял Маньчжурский авиаотряд атамана Семенова, на смену которому вскоре пришел воздушный флот Дальневосточной республики. Поле — и сегодня в строю: вертолеты «Ми-8» вылетают отсюда на тушение лесных пожаров.

Здесь начинали учебу курсанты Батайской школы первого набора, в числе которых был и Маресьев. Именно в Чите он начинался как военный летчик (а неподалеку, через границу, как раз в 1939-м гремел Халхин-Гол…).

В 1973 году капитан Юрий Козловский повторит здесь подвиг Маресьева. Он смог увести неисправный самолет «Су-7» от Читы и катапультировался. Со сломанными ногами, без еды и теплой одежды несколько дней полз по морозной тайге. Ноги пришлось отнять. Но пилот не сдался: освоил управление воздушным шаром, летал на легком самолете, прыгал с парашютом. Встречался с Маресьевым. В 2013 году зампредседателя фонда «Московский ветеран» Юрий Козловский отметил 70-летие.

Месторождение настоящих людей

Комсомольск-на-Амуре, Сахалин, Чита; здесь Маресьев провел 1934–1939 годы — от своих 18 до своих 23 лет.

Здесь избавился от недугов — чудесным образом, как Илья Муромец; Маресьев и есть русский богатырь ХХ века.

Здесь начал летать.

Здесь стал «настоящим человеком» и не раз потом подтверждал это звание — когда выжил в лесу, когда танцевал на протезах, когда убедил военную бюрократию в том, что он сможет драться на истребителе… Да и после войны он жил в режиме ежедневного подвига, что еще сложнее, чем мгновенная вспышка ярости и самоотречения.

Полевой в своей книге не проговаривает роль Дальнего Востока в судьбе летчика. Да, может быть, он был и не очень в курсе нюансов довоенной жизни Маресьева. Если верить самому писателю, то он лишь ночь проговорил с летчиком на фронте, будучи военкором «Правды».

Но нам ничего не мешает здесь это сформулировать: Маресьев стал Маресьевым на Дальнем Востоке. Благодаря и себе, и самой этой земле, действующей на человека особым образом: или убивает, или делает сильнее.

Он строил город на Амуре — построил себя.

Достиг такой человеческой цельности, при которой целостность телесная уже не имела значения.

Небо снова стало доступной ему средой. У Маресьева не было ног — но у него были крылья.

Рожденный летать ползать не будет. Вернее, он доползет куда угодно, чтобы снова взмыть в небо. Человек с неограниченными возможностями.

…Первый боевой вылет Алексея Маресьева состоялся 23 августа 1941 года у Кривого Рога. В марте 1942 года летчик попал на Северо-Западный фронт. Далее — по тексту Бориса Полевого.

«Что-то джек-лондоновское!» — говорит в книге ползущий по лесу Мересьев, пытаясь взглянуть на себя со стороны. Он вспоминает рассказ «Любовь к жизни» Джека Лондона — этого американского дальневосточника, столько написавшего о севере, суровых краях, стихиях, человеке на грани и за гранью…

Да, Маресьев похож на лучших героев Лондона.

Алексей и родился в тот самый год, когда Джек умер.

№ 339 / Василий АВЧЕНКО / 19 мая 2016
Статьи из этого номера:

​Синдром Ханки

Подробнее

​Пещерные люди

Подробнее

​Чьи в лесу шишки?

Подробнее