Место событий

​Вывески не краснеют

Бесхозная история Владивостока

​Вывески не краснеют

Город воинской славы, Владивосток, к счастью, никогда ни с кем не воевал напрямую. Нас не бомбили (единственный исторический факт с залпом японской эскадры, скорее, исключение), не штурмовали, не брали в «кольцо».

Не в канун всеобщего праздника — Дня города — будет сказано, но, похоже, есть у нас внутренний враг. Вроде не бомбит, не взрывает, а иные городские ландшафты и объекты выглядят, как после обстрела (не говоря уже про дороги Владивостока — тут вечная аномалия, тайна, глубокая, как свежая яма в асфальте, а с недавних пор и тайна следствия по делу бывшего мэра).

Вот, скажем, есть во Владивостоке прекрасные старинные дома, построенные в эпоху паровозов и конных экипажей на рубеже ХIХ–XX вв. Сегодня это памятники архитектуры, объекты исторического и культурного наследия страны.

Их охраняет государство. Как? С помощью… вывесок и табличек.

Вот, к примеру, величественное здание красного кирпича, к нему ведут старинные лестничные марши — Народный дом имени А. С. Пушкина на улице Володарского. С него можно писать пейзаж после битвы. Выбиты окна. Из карнизов, пуская по весне молодые побеги, растут деревья. Старая кирпичная кладка местами шатается и грозит выпасть, как зубы при пародонтозе…

И, кстати, при чем здесь Пушкин? Может быть, он притом, что рядом улица Пушкинская, берущая начало со скверика, где стоял когда-то, до начала строительства моста через Золотой Рог, памятник Александру Сергеевичу? Так нет давно того скверика. Есть пустырь, а над ним мост. А Пушкин который год «живет» в ящике с опилками. А ящик находится от Народного дома далековато — в нескольких километрах, в недрах промзоны под Некрасовским путепроводом.

Но на руинах имени А. С. Пушкина висит табличка: «Памятник архитектуры. Объект культурного наследия федерального значения. Подлежит государственной охране. Лица, причинившие вред объекту (кто они персонально — молчок! — Ред.), несут уголовную, административную и иную ответственность».

Метод охраны руин табличками не единичен. Точно также государство охраняет и другой памятник архитектуры и объект культурного наследия регионального (на сей раз) значения — жилой особняк Иоганна Лангелитье на улице Пологой. Охраняет еще усерднее, чем Народный дом: чудо-особняк имеет вид поистине прискорбный, сверхаварийный. Трещины в стенах. Прекрасный фасад срывается и падает на землю кусками. Объект культурного наследия опасен для жизни. Горожане обходят его стороной.

Ничего не боятся только члены Приморского краевого отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры. Во всяком случае, монументальная табличка с названием этой общественной организации тоже издевательски привинчена к «объекту охраны». Видимо, как последний штрих к «портрету», бьющий не в бровь, а в глаз.

На самом деле эти и другие старые стены Владивостока уже безнадежны и никому не нужны. Так, может, и пусть себе исчезают, как забытые родней старики в домах престарелых? Они свое дело сделали еще полтора века назад, превратив захолустный, географически азиатский военный пост Владивосток в самый европейский город на востоке России. А теперь пусть уходят, уступая центр города «пассажам» и «плазам». И тут уж как кому повезет.

К примеру, особняку Бринеров на улице Алеутской или дому В. К. Арсеньева на улице Арсеньева (бывшая Федоровская, потом Металлистов) повезло с хозяевами, спонсорами, реставраторами… А кому-то, как доходному дому купца В. А. Жарикова (сегодня это — останки не подлежащего восстановлению здания, где до 90-х квартировала Приморская краевая библиотека имени Горького) или тому же особняку Лангелитье, совсем наоборот — словно кем-то предписано быть стертыми с лица земли без всяких военных действий и катастроф.

В отличие от свежих владивостокских новостроек — офисных, деловых, торговых, культурно-спортивных — уходящая натура не бросается в глаза, не зазывает на концерты и распродажи. Прекрасные здания умирают молча, как истинные аристократы при крушении «Титаника».

И, собственно, это не они нам — это мы им уже не нужны. Свидетели истории города, великолепные руины Владивостока кого только не видели в былых своих залах, партерах, гостиных! Бринеры, Старцевы, Янковские, Семенов, Макаров, Колчак, Унтербергер, Арсеньев… Что и говорить, публика была видная, героическая, не чета нам сегодняшним.

Постоишь рядом со старыми стенами, и покажется, что они еще живут своим прошлым, где все было не попсовым, не разовым, а самым что ни на есть настоящим — от имперских амбиций владения Востоком до столового фарфора и фамильного серебра. Здесь, рядом с ними, вопреки пробкам, выхлопам и прочей городской суете чистый воздух и тишина.

Погладишь старые кирпичи — и вдруг почувствуешь неожиданное тепло, будто они живые. Потемнев от веков и соленого владивостокского климата, кирпичи дышат… и краснеют. Но не горделиво, как когда-то давно, а словно им стыдно. За нас, неразумных, и наши таблички. За то, что, обветшав, не пережили эпоху. За то, что у всех скоро праздник — День города, а они, его старожилы, снова не при параде…

P. S. Об отношении в городе и крае к памятникам истории, в том числе и к Владивостокской крепости, читайте в следующем номере «Новой газеты во Владивостоке».

№ 344 / Наталья ОСТРОВСКАЯ / 23 июня 2016
Статьи из этого номера:

​Вывески не краснеют

Подробнее

​Неуловимый душегуб

Подробнее

​«Таких кораблей никто не строит»

Подробнее