История

​ЧП в Японском море

30 лет назад у берегов Приморья едва не произошла трагедия

​ЧП в Японском море

История, случившаяся 30 лет назад в Японском море, абсолютно уникальна. Не буду утверждать насчет мирового мореплавания, но для отечественного судоходства она — единственная в своем роде. Однозначно проходящая по разряду катастроф, фактически она таковой не стала; наверное, именно в этом ее главный урок и значение. О ней немало написано, однако многое и забылось, а потому в годовщину есть определенный смысл вернуться к ней еще раз, хотя бы пунктирно.

…Была в Приморье в поздние советские времена такая практика: на осенних школьных каникулах лучших старшеклассников отправляли в морской круиз вдоль побережья Приморского края — от Владивостока до Тернея и обратно. Вот и в ноябре 1986 года лучшие детские творческие коллективы собрали в краевом центре, посадили на комфортабельный пассажирский теплоход «Туркмения» и отправили в пятидневный круиз. Командовал судном 32-летний Владимир Клим, на тот момент один из самых молодых и перспективных капитанов Дальневосточного морского пароходства. На борту находились 123 члена экипажа и 290 пассажиров, подавляющее большинство — школьники.

Все, что было запланировано на время короткого путешествия, успешно состоялось: и концерты, и выставки детского технического творчества, и экскурсии по городам и поселкам юго-восточного Приморья. «Туркмения» легла на обратный курс; предполагалось, что во второй половине дня 10 ноября она пришвартуется у морвокзала.

Но этого не произошло.

В последнюю ночь, 10 ноября, в 00.25 при нахождении судна в точке с координатами 41 градус 51 минута северной широты и 133 градуса 37 минут восточной долготы (приблизительно на траверзе Преображения) в машинном отделении вспыхнул пожар. Быстро подавить очаг возгорания не удалось, пламя начало распространяться.

Ноябрьская ночь в Японском море.

Дети спят.

Процитирую изданный по результатам расследования приказ по ДВМП: «Пожарная тревога была объявлена немедленно. Но огонь, несмотря на усилия пожарных расчетов, продолжал распространяться по всему судну…

Оценив обстановку до двух минут, капитан изменил характер тревоги и объявил эвакуацию пассажиров и части членов экипажа… в основном женщин. В 00.43 был подан сигнал бедствия. В 00.48 шлюпки и плоты с пассажирами и большей частью экипажа были отведены от борта. На судне остались 29 членов экипажа для борьбы за плавучесть. В 03.30 с подходом к месту аварии СТР «Важгорск» и теплохода «Приамурье» началась пересадка пассажиров и экипажа со спасательных шлюпок и плотов на суда. С ухудшением погоды аварийную партию с теплохода «Туркмения» сняли, видимые очаги пожара подавил подошедший буксир «Тайфун» подачей пены через лафетные стволы. В 13.30 началась буксировка «Туркмении», и 11 ноября 1986 года в 07.50 судно было прибуксировано в порт Находка».

Вернемся, однако, на борт горящей «Туркмении». Спящих детей будили, закутывали в одеяла и выводили на шлюпочную палубу, где экипаж быстро спускал на воду шлюпки и спасательные плоты. Между объявлением тревоги и полной высадкой всех пассажиров и части экипажа на спасательные средства прошло менее 20 минут.

Им тогда, конечно, крепко повезло. Особенно в том, что погода на море была если не штилевая, то близкая к ней; трудно ведь даже представить себе чувства детей, оказавшихся ноябрьской ночью на шлюпках, отходящих от горящего судна. Но большего всего повезло в том, что на судне был прекрасно выученный и очень профессиональный экипаж и, несмотря на молодость, «Туркменией» командовал настоящий капитан.

По большому счету у Клима (в тот момент, когда он по тревоге взлетел на мостик) было два варианта решения: направлять все силы экипажа на тушение пожара или на спасение пассажиров. Как показало проведенное потом расследование, все решения, которые принимал Клим одно за другим, были единственными и абсолютно верными.

Ни один ребенок не пострадал.

Погибли два члена экипажа — молоденькая повариха Тамара Ерылина и второй главный механик «Туркмении» Эдуард Акатов, оба задохнулись в дыму.

…Ни одну ситуацию нельзя вырывать из контекста, а потому не грех вспомнить о том, на каком фоне произошло ЧП на «Туркмении». 1986 год стал годом самых больших катастроф для советского пассажирского флота. В апреле флагман пассажирского флота СССР теплоход «Михаил Лермонтов» (только что отремонтированный на немецкой верфи за 8 млн долларов) выполнял круизный рейс с австралийскими пассажирами на борту. Выйдя из порта Пиктон и огибая мыс Джексон Хед на северо-западной стороне южного острова Новой Зеландии, теплоход пропорол себе днище и утонул, не дойдя до берега буквально несколько кабельтовых. К счастью, все пассажиры и экипаж успели высадиться на шлюпки и были спасены подошедшими судами. Погиб один член экипажа — электромеханик.

В августе того же года произошла настоящая трагедия: на рейде Новороссийска столкнулись пассажирский пароход «Адмирал Нахимов» и грузовое судно «Петр Васев»; погибли сотни людей. Расследование проводила правительственная комиссия под руководством кандидата в члены Политбюро Г. Алиева. Полетело много голов и в Министерстве морского флота СССР, и в Черноморском морском пароходстве, да и в партийных органах. Была снята с работы практически вся верхушка Одесского обкома КПСС.

А в ноябре случается пожар на полной детей «Туркмении». Вот теперь-то и стоит сказать об уникальности того ЧП. Я пишу о море и моряках уже более трети века; на моей памяти это первый и единственный случай, когда по итогам всех проведенных расследований капитана никак не наказали. Более того, старые капитаны пароходства, зубры, знающие толк в хорошей морской практике, прошедшие Крым и рым, настаивали на представлении Клима к государственной награде.

Вместо награды крайком КПСС — история с пожаром стояла отдельным вопросом на заседании бюро — влепил Климу партийного «строгача» с занесением в учетную карточку. В иерархии партийных наказаний следующим могло быть только исключение из партии, что означало «волчий билет» и фактический запрет на профессию. Ироничные коллеги тогда успокаивали Клима тем, что в такой ситуации партийный «строгач» круче любого ордена…

Тридцать лет прошло. Дети, которые тогда сидели ночью в шлюпках, отходящих от горящего судна, давно уже стали взрослыми людьми; некоторые, наверное, уже к внукам готовятся. Но, думаю, никто из них не забыл ночь с 9 на 10 ноября 1986 года.

А члены того экипажа «Туркмении» — те, кто еще живы и кто остался во Владивостоке, — обязательно соберутся в эти дни. Помянут погибших, вспомнят в очередной раз все перипетии чрезвычайного происшествия, едва не обернувшегося полноценной трагедией.

Не обернувшегося — в первую очередь благодаря им.

№ 364 / Андрей ОСТРОВСКИЙ / 10 ноября 2016
comments powered by Disqus
Статьи из этого номера:

​ЧП в Японском море

Подробнее

​Системный самосуд

Подробнее

​Человек должен делать себя сам

Подробнее