Расследование

Хватит кошмарить рынок!

Что происходит вокруг Первореченского рынка Владивостока?

Хватит кошмарить рынок!


Не будет преувеличением сказать, что история с Первореченским рынком во Владивостоке уже приобрела политический оттенок. Широкую известность она получила в марте, когда по СМИ прокатилась волна сообщений о том, что под стражу взят коммерческий директор ОАО «Сельхозрынок» Эдуард Бондаренко, причем по подозрению в клевете в адрес прокурора Владивостока. Однако ряд претензий к рынку со стороны правоохранительных органов появился еще раньше. Сегодня Эдуард Бондаренко освобожден под залог, но расследование его дела продолжается. Так что точку в этой истории ставить пока рано, а вот попытаться непредвзято разобраться в происходящем — уверены, стоит.

Роковые растяжки

Кратко напомним хронологию того, что происходило в последние месяцы вокруг Первореченского рынка (предприятия, кстати, передового, судя по тому, что туда постоянно водят на экскурсии высокопоставленных гостей Владивостока вплоть до главы МВД Рашида Нургалиева и премьер-министра Владимира Путина). В октябре 2009 года прокуратура начала проверку по вопросу законности сооружения восьмиэтажной пристройки к зданию рынка. Менеджмент ОАО «Сельхозрынок» поначалу не слишком волновался: все документы для строительства были в порядке, проект согласован, госэкспертиза — проведена и т. д. Однако уже в январе 2010-го прокуратурой было подано исковое заявление в суд о сносе этой пристройки. Одновременно были заявлены меры по обеспечению данного иска в виде запрета использовать рынок (весь рынок!) по назначению. Администрация рынка выступила с встречными ходатайствами, чтобы не допустить паралича работы предприятия.

В это же самое время Владивосток украсился анонимными растяжками, содержащими выпады в адрес прокурора города Дмитрия Романченко. Баннеры появились очень кстати. 24 марта в квартире коммерческого директора рынка Эдуарда Бондаренко были проведены обыски, а сам он — помещен под стражу по подозрению в распространении упомянутой клеветы в адрес Романченко. Надо сказать, что столь жесткая мера пресечения по данной статье — прецедент едва ли не уникальный и больше напоминает классический арсенал рейдеров, нежели обычные меры борьбы правоохранителей с клеветой. Обыски с изъятиями документации прошли и на рынке.

Только в мае Эдуарду Бондаренко удалось выйти на свободу под денежный залог. Расследование дела о клевете в адрес прокурора продолжается, одновременно длится и тяжба, связанная с законностью возведения той самой пристройки к рынку. Только за апрель и май по предписанию прокуратуры на рынке были проведены две проверки Роспотребнадзора, две — мэрии, две — Госархстройнадзора, две — самой прокуратуры, по одной — пожарных и Росземкадастра. Сегодня рынок функционирует, однако о нормальной работе предприятия (которое не только имеет важное значение для жителей района, но и предоставляет горожанам сотни рабочих мест) говорить трудно — архив и налоговые отчеты изъяты, того и гляди нагрянет очередная проверка…

Выяснение рыночных отношений

При изучении всех этих перипетий напрашивается очевидное предположение о том, что и претензии прокуратуры в части появления пристройки, и заключение Бондаренко под стражу по более чем странному подозрению в клевете — события, во-первых, связанные между собой, во-вторых — имеющие совсем другую подоплеку, нежели забота правоохранителей о неукоснительном соблюдении законности. Адвокат Александр Кормилицын на одной из недавних пресс-конференций сообщал, что еще в прошлом году к владельцам рынка «приходили посредники, предлагали определенную сумму за покупку рынка — комплекса недвижимого имущества, а в случае несогласия обещали неприятности… Не хотелось бы напрямую связывать действия прокуратуры и эти попытки захвата рынка, но, вероятно, есть какая-то третья сила, прямо или косвенно связанная с прокуратурой…» Именно после отказа продавать рынок по заниженной цене — случайное ли это совпадение? — и начался «пресс» проверок.

В деле есть много других странностей. Например, поводом для проверки законности возведения пресловутой пристройки стало заявление полумифического гражданина Чиркова, которого никому не удалось отыскать даже по адресной базе. Однако это анонимное, по сути, заявление и поставило под угрозу функционирование ОАО «Сельхозрынок». И настойчивое предложение о покупке рынка за бесценок, и заявление «Чиркова», и арест Бондаренко, и многочисленные проверки подозрительно легко увязываются в единую цепочку. Предприятию, по сути, не дают работать и недвусмысленно подталкивают его владельцев к продаже. Кто? Это самый интересный вопрос, на который, по-хорошему, и могли бы дать ответ правоохранительные органы. Однако они пока почему-то занимаются другими вопросами. Хотя понятно, что за спиной несуществующего Чиркова стоят какие-то реальные люди, потому что ниоткуда это заявление взяться не могло.

Другой загадочный эпизод — те самые «антипрокурорские» баннеры. Эдуард Бондаренко говорит, что он действительно по роду своей деятельности по заказу лиц, имена которых являются тайной следствия, обеспечил изготовление растяжек — но только «чистых», без надписей. Указанными баннерами в «клеветнических» целях воспользовались известные следствию люди, имеющие своей целью усугубить конфликт между собственниками предприятия и правоохранительными органами. Возможно, что за этими людьми стояли еще более изощренные сценаристы, имеющие целью как дискредитацию работника прокуратуры, так и корыстные интересы в отношении предприятия.

Именно подобными способами у нас зачастую и происходит передел собственности, из-за которого многие предприниматели, не выдержав давления конкурентов, прямо связанных с «административным ресурсом», вынуждены бросать бизнес и покидать Владивосток. Похоже, что «лихие 90-е» вернулись, но уже на другом, более изощренном уровне: вместо разборок со стрельбой — судебные процессы с заранее предсказуемым результатом. И все это происходит, что особенно показательно, на фоне известного призыва президента Медведева: «Хватит кошмарить бизнес!»

«Нам не дают работать»

Руководство ОАО «Сельхозрынок», уверенное в своей правоте и юридической безупречности всех совершаемых действий, теперь надеется только на одно — на объективный и беспристрастный суд. И по поводу пристройки, и по поводу растяжек.

«Мы уже этим летом хотели окончательно доделать фасад восьмиэтажного здания, открыть здесь детскую комнату, медицинский центр, начать строительство шестиэтажной парковки, — перечисляет Эдуард Бондаренко. — Думали провести реконструкцию всего рыночного комплекса, завершив формирование единого архитектурного ансамбля, и «разгрузить» дороги города, которому сегодня так остро не хватает парковочных мест. А сейчас даже не знаем, отделывать фасад или не стоит, — вдруг здание отберут? А ведь предприятие ежемесячно платит 1,7 млн рублей налогов в городской бюджет, предоставляет рабочие места, исправно вносит коммунальные платежи… Нам не дают спокойно работать!»

Среди дальнейших планов ОАО «Сельхозрынок» значилось и строительство пешеходных виадуков, которых так не хватает на напряженном перекрестке проспектов Острякова и Океанского. Правда, сейчас все эти проекты (по большому счету, не коммерческие, а социальные) — под вопросом. «Складывается ощущение, что прокуратура заинтересована даже не в том, чтобы выиграть инициированное ею же дело, а в том, чтобы «раскидать» ситуацию на массу судебных дел и заставить нас с утра до вечера ходить по судам, — говорит адвокат Александр Кормилицын. — Сначала было одно дело, сейчас их уже четыре. Например, во Фрунзенский суд первоначально поступил иск о сносе пристройки и запрете эксплуатации здания. Потом прокуратура «увидела», что у нас есть разрешение на строительство, ее позиция стала шаткой, и был подан еще один иск — о признании недействительным этого разрешения по тем же основаниям. Можно было ходатайствовать об объединении дел в одно производство, чтобы оба эти вопроса быстро рассмотрели в одном суде, чего мы и добивались, однако новый иск почему-то был подан в Ленинский суд! А рассмотрение первого иска было приостановлено до вынесения решения по второму…

Появился еще один, совсем новый иск, ставящий под сомнение законность муниципального акта и гражданских сделок 2004-2005 гг. Прокуратура на этот раз «проснулась» через пять лет (при сроках исковой давности три года) после свершившегося факта. Иск рассматривается тем же судьей, что и все первоначальные иски. И так же, как и в прошлый раз, к иску, имеющему явно натянутые основания, приняты пресловутые меры по обеспечению иска — на этот раз в виде запрета на эксплуатацию земельного участка, находящегося в частной собственности (!), под автопарковку к зданию рынка. Меры обжалованы в краевом суде, но это не приостанавливает их исполнение, в связи с чем парковки у рынка нет — до тех пор пока суд не рассмотрит иск по существу либо пока вышестоящий суд не рассмотрит вопрос о законности мер. Интересно, что «обеспечивают» эти меры? По моему мнению — явно не конкретные исковые требования, а общие цели наших процессуальных оппонентов. Каких и какие — судите сами…

Короче говоря, прокуратура использует все имеющиеся процессуальные механизмы, чтобы «заволокитить» дело. Нам как будто дают понять: мы вам работать все равно не дадим, будете заниматься только тем, что ходить и отбиваться от исков. Проверки на рынке сейчас вроде бы поутихли, но в любой момент может начаться вторая волна. Мы, естественно, не можем ничего противопоставить этому мощному ресурсу, кроме выдержки и щепетильности в оформлении документов. Мы просто хотим, чтобы к нам подходили с позиции законности, а не силы. И уж тем более не отождествляли нас с теми, кто вступил в конфронтацию с прокурором Романченко, развесив по городу растяжки. Первореченский рынок — законопослушное, социально ответственное предприятие, мы просто хотим работать в полном соответствии с законом. А злоумышленников пусть ищут компетентные органы».
«Новая» во Владивостоке» продолжает следить за развитием событий.

№ 42 / Кузьмичев Егор / 15 июля 2010
Статьи из этого номера:

Открытие «второго фронта», или Есть такая партия

Подробнее

Оппозиция в осаде

Подробнее

Хватит кошмарить рынок!

Подробнее