Экономика

​Тайны страны удэге

Тайга, окружающая «Удэгейскую легенду», — целый кладезь культовых мест

​Тайны страны удэге

Главная задача особоохраняемых территорий известна каждому — природу беречь. «Зеленый туризм» хоть и неочевидно, но тоже помогает этому делу. Эксперты говорят, что личное знакомство с окружающей средой, местной флорой и фауной учит человека больше ценить природу. И если заповедники открывают любознательным туристам малую толику своих сокровищ, то национальные парки готовы делиться всеми красотами.

Лесная дорога от села Рощино, что в Красноармейском районе Приморья, до нацпарка «Удэгейская легенда», куда мы держим путь, растянулась на многие километры. Вдруг она пресекается рекой — Иман (так в этих краях, по старой памяти, зовут Большую Уссурку) здесь, в низовьях, медленный, тягучий. Перебраться через него можно по-разному: те, кто смелее и ловчее, выбирают подвесной мост — он крепкий, но лихо раскачивается из стороны в сторону, и чувствуешь себя тогда цирковым акробатом на канате.

Зато на другом берегу — как поощрение — отважных туристов встречают первые достопримечательности: пока на специальном пароме сотрудники нацпарка переправляют на противоположную сторону машину, на которой путники сюда добрались, можно полюбоваться стометровым водопадом Дубравушка, спадающим хрустальной водой по деревянным «быкам» в каменную чашу, и скальным обнажением Бохо, очертаниями напоминающим сгорбленных старика и старуху (их теперь так и называют) и прежде служившим удэгейцам местом проведения культовых обрядов.

Есть и другой путь — сплавиться на моторной лодке по Иману. Древняя река, пробившая себе дорогу между гор Сихотэ-Алиня, завораживает богатым убранством: говорят, здесь особенно красиво в мае, когда склоны сопок покрываются розовыми цветами рододендрона. Сейчас, в июле, Иман укутан в зеленые шали деревьев и кустарников и дурманит голову сладким ароматом липы. Вода его поднялась после долгих дождей, мутная, для рыбалки — излюбленного занятия туристов в этих краях — непригодна. Зато на широких плесах нашли пристанище утки: их маленькие птенцы торпедой уносятся с насиженных мест от шума моторки. То и дело на горизонте то по одному, то стаей взмывают бакланы: прожорливые птицы не прочь полакомиться ленком или тайменем — главным сокровищем Имана.

Таймень-река

Заядлые рыбаки на Большую Уссурку приезжают в конце августа, а заканчивают сезон в октябре. В этот период у сотрудников нацпарка прибавляется хлопот:

— В основном нарушают пропускной режим, правила рыболовства и пожарной безопасности, — говорит директор национального парка «Удэгейская легенда» Борис Литвинов. — Рыбалка у нас без лицензии, но есть нормы на добычу. Главное, чтобы рыба соответствовала определенным размерам. Браконьерства как такового нет. Территория отдаленная, снежный покров позже сходит, поэтому пожароопасная ситуация более спокойная.

И все же рыбаков здесь привечают тепло. Три года подряд в нацпарке среди них даже устраивали соревновании на лучший улов:

— У нас были настоящие судьи из Владивостока, три группы, участки, время ограниченное, все по-честному, — вспоминает начальник отдела туризма и рекреации нацпарка «Удэгейская легенда» Ольга Бец. — На второй год вообще было феерично, приезжала музыкальная группа из Лесозаводска, было очень много людей. Неплохая традиция была бы в будущем. Но последний раз нам пришлось сначала отложить мероприятие из-за плохой погоды, а потом, в середине октября, внезапно накануне выпал снег, под ним даже деревья сложились. Пришлось, конечно, убрать паром. И люди, которые были в дороге или уже подъезжали к нацпарку, просто в капкане оказались. Такая непредсказуемость погоды нас, конечно, напугала.

Но суровый климат и отдаленность от населенных пунктов смельчаков не пугают — сюда, как в известной песне, едут «за туманом, за мечтами и за запахом тайги». Да и условия пребывания туристов в национальном парке не такие строгие, как, скажем, в заповеднике: в специально отведенных для этого местах можно и палатку поставить, и костер развести. Но главное, не забывать, что это все же особо охраняемая природная территория: здесь цветут заповедные растения, а в густых дебрях прячутся краснокнижные животные. И их царь — амурский тигр.

Зов предков

Амба — так удэгейцы называют тигра — к людям не выходит без надобности, зато его можно встретить на узорах этнических костюмов: их показывает Евгения Ильичева, методист «Легенды». Она сама по национальности удэгейка, и десять лет назад стала интересоваться традициями предков. А недавно освоила сложную технику вышивки: говорит, что сейчас ее хвалят даже бикинские мастерицы, которые в этом деле считаются лучшими.

Традиционный удэгейский узор — это зашифрованное письмо, послание. Он всегда с любовью и почтением говорит об окружающей природе: то из голубых вод Имана таймень блеснет серебряной чешуей, то кабарга пронесется по цветущим полянам, а то и сам амба пожалует.

Костюмы — далеко не единственная возможность сохранить удэгейские традиции. Они остались и в танцах, и в рецептах блюд, и в ритуальных обрядах. Так, важное место в жизни каждого представителя народа занимает хозяин огня, бытовой дух Подя. Попроси его о чем — обязательно исполнит:

— Человек встает на колени перед огнем, и, касаясь лбом, кланяется три раза, — рассказывает Евгения, — и вслух говорит о том, что он хочет получить. Если это происходит на Гуаня (Новый год, который удэгейцы отмечают по китайскому календарю. — Прим. ред.), то младшие обязательно совершают обряд перед старшими, за это старшие дают им то, что они просят: конфеты, боузы (паровые пирожки с начинкой) и так далее. В нашей большой семье, например, дети перед взрослыми кланяются вместе, всей гурьбой, иначе это заняло бы слишком много времени. Мы, конечно, неправильно поступаем, потому что чаще всего даем им деньги. А вообще принято дарить сладости или что-то сделанное своими руками.

Тайга, окружающая «Удэгейскую легенду», — целый кладезь культовых мест. Одно из них — урочище Самади Бя — надежно спрятано от людских глаз в самом сердце леса. С удэгейского его название переводится как «стойбище шамана». Старое предание гласит, что в этих местах жил могучий шаман, здесь же обитают добрые духи. Есть еще священная скала Гугя — ее почитание связано с таинственным стариком, которого так и звали, Гугя.

— Однажды из Китая приехал китайский священник по имени Лао Дао (лао да — по-китайски — «старик», лао дао — «старый даос»), — гласит легенда. — Приехал и сказал: «Я через три дня должен идти к скалам. Там есть пещера, в которой каменный столб, каменная дверь, каменная лежанка». И точно — через три дня пошел к скалам. И там все нашел: каменный столб, каменную дверь, каменную лежанку. И потом он пропал. Люди стали думать: куда он мог подеваться? Стали искать. Нашли эту скалу. Открыли каменную дверь и зашли в пещеру. Нашли и этого священника. Он лежал окаменелый на каменной лежанке. Перед ним лежали семь каменных пампушек, которые он сделал из теста. В каждой пампушке торчала воткнутая китайская свеча. Оказалось, что это китайцы приходили к скале, чтобы угостить своего бога. Потом стали ходить и удэгейцы. Они тоже приносили угощение и просили счастья, удачи в жизни, охотничьего фарта, здоровья.

Хранит немало тайн и урочище «Орочинский Бог»: скала, торчащая прямо из воды, постоянно меняет свои очертания — то животным представится, медведем или собакой, то голову человека с характерными азиатскими чертами лица напомнит, то смотрящего в небо Кощея. «Никто не должен знать истинного лица нашего Бога», — говорят удэгейцы, которые ходят сюда молить о заступничестве и избавлении от болезней.

Древний тис

Приезжают туристы в нацпарк и затем, чтобы полюбоваться нетронутой природой. Красоты здешних мест можно наблюдать, например, с Лаулинского прижима, который находится на правом берегу Большой Уссурки. Здесь ученые раскопали древние поселения эпохи раннего железного века, а с самых высоких точек открываются виды на долину реки, Лаулинские скалы и сиреневые дали сопок.

Ковалевская тисовая роща расположена на красивом солнечном мысе, разделяющем два притока ключа. Здесь растут как старые тисы, видевшие свет Вифлеемской звезды, так и совсем молодые, рожденные уже в двадцать первом веке. В сентябре ветви деревьев усыпаны алыми ягодами, которые можно попробовать. Гордость нацпарка — древний тис, возраст которого перевалил за две тысячи лет.

Манит туристов со всей страны — и даже мира — поселение Дерсу. Здесь живут старообрядцы, несколько лет назад вернувшиеся из Латинской Америки. Их быт, костюмы, словно сшитые к съемкам исторического фильма, говор с примесью португальского завораживают каждого. Но сами староверы, хоть и встречают туристов хлебосольно, хотят, чтобы тревожили их реже: не зря же они в такую глушь забрались…

***

Нацпарк «Удэгейская легенда» переживает новое рождение: в этом году открыли финансирование на межевание территории, которого руководство ООПТ добивалось много лет. Как только с границами определятся, смогут постепенно и туристические базы как следует обустроить, и штат дополнительный набрать, и даже самолет купить.

«Было бы здоровье, — резюмирует Борис Литвинов. — Остальное приложится».


Материалы подготовлены в рамках проекта «Маршруты Приморья»

№ 451 / Марина ЧЕРНЫХ / 26 июля 2018
Статьи из этого номера:

​Незаменимые у нас есть

Подробнее

​«Дальневосточная культура — наш стратегический запас»

Подробнее

​Познание красоты

Подробнее