Расследование

​Автоматчики как аргумент

3,2 миллиарда рублей дорогого стоят

​Автоматчики как аргумент

фото: primpress

10 декабря в Советском районном суде Владивостока под председательством судьи Ольги Олесик состоялось предварительное судебное заседание по иску Генеральной прокуратуры РФ к экс-мэру Владивостока Игорю Пушкареву. Напомним, что, добившись в Тверском суде Москвы гигантского по сроку (15 лет — столько не давали и губернаторам Гайзеру, Белых и Хорошавину) приговора, который устоял и в апелляционной коллегии Московского городского суда («Новая газета во Владивостоке» подробно рассказывала об этом процессе в материале «Право становится все больше лево» в № 513 от 10 октября сего года), Генпрокуратура не остановилась на этом, а выдвинула к Пушкареву еще и гражданский иск на сумму в 3,2 миллиарда рублей. Насколько мы в курсе, новейшая история России не знает таких исков. Не забудем, что в рамках уголовного дела Пушкареву кроме срока был назначен еще и штраф в 500 миллионов рублей. Так что, судя по означенным суммам и по сроку наказания, можно предполагать, что приводные ремни расположены где-то очень высоко. Не говоря уж о том, что и гражданский иск Генпрокуратура тоже планировала продавить к рассмотрению в Тверском суде Москвы, что само по себе вообще не лезет ни в какие процессуально-законодательные ворота. Об этой истории «Новая» тоже довольно подробно рассказывала; вскоре после нашей публикации Верховный суд в кои-то веки отказал Генпрокуратуре и предложил рассматривать гражданский иск, как того и требует Конституция страны, по месту регистрации ответчика, то бишь в Советском суде Владивостока.

Что касается предварительного судебного слушания, то это, вообще-то, обычно вполне скучное и дежурное мероприятие, на котором судья убеждается в том, что стороны ознакомлены со всеми материалами и готовы к началу рассмотрения дела по существу; делается это преимущественно для того, чтобы с началом процесса (в данном случае — гражданского) по возможности избежать новых заявлений, ходатайств, отводов и т.д.

Однако в этот раз рутинное действо довольно быстро — фактически даже не стартовав — перестало быть томным. Начать, очевидно, следует с того, что возле кабинета, в котором и предполагалось провести предварительные слушания, дежурили три (!) спецназовца (!) в бронежилетах (!) и с автоматами (!). Еще раз для тех, кто не понял сразу: это гражданский процесс, в котором участвуют судья и представители сторон (истца и ответчиков) и, по необходимости, эксперты и свидетели. Подсудимого (даже если бы он был страшным маньяком-убийцей) нет и в помине; он продолжает ждать в московской тюрьме этапа к месту отбытия наказания. Не думаю, что среди читателей нашей газеты найдется хоть один человек, который припомнит подобный случай, когда рассмотрение гражданского иска сопровождалось бы автоматчиками в бронежилетах. Очевидно, здесь возможны разные конспирологические версии, но мы больше склоняемся к той, с которой нас познакомили наши источники. Дело в том, что в отличие от ожиданий — предполагалось, что Генпрокуратура, как это обычно бывает, делегирует право поддерживать требования истца прокуратуре края — во Владивосток на предварительные слушания прилетели двое представителей Генеральной прокуратуры. Как поговаривают — со своим спецназом; то бишь это, судя по всему, были отнюдь не местные автоматчики. А это значит, что Генпрокуратура с завидным упорством гнет свою прежнюю линию тотального недоверия к приморским силовым структурам: собственно прокуратуре края, следственному комитету, полиции, судам и так далее. Именно этим, как мы помним, мотивировалось ее желание рассматривать все «пушкаревские» дела исключительно в столице. Что касается автоматчиков, то, как опять же предполагают наши источники, это была акция устрашения, адресованная именно судье Олесик; никакие иные смыслы пребывания спецназовцев у дверей гражданского процесса обнаружить не удается.

Журналистов на заседание не пустили в категорической форме. Однако нам все-таки удалось выяснить, что первым же делом представители Генпрокуратуры заявили судье Олесик отвод (о приводных механизмах этого шага мы постараемся рассказать чуть позже). В отводе было отказано. Результатом полуторачасового заседания стало решение о том, что слушания по существу начнутся 27 января и — по предварительной информации — продлятся три дня подряд. Так что есть вероятность, что к концу первого зимнего месяца решения суда первой инстанции уже будет вынесено.

Что касается недопуска журналистов, то в этой связи живо вспомнилось активно обсуждаемое на прошлой неделе предложение судебного сообщества наказывать журналистов за необъективное освещение деятельности судей. От этой идеи ее инициаторам, правда, пришлось быстро отказаться, но даже само ее появление говорит о том, что витает в воздухе, которым судебное сообщество дышит. Ну да, если журналистов не пускать на открытые — по всем параметрам закона — процессы, от них потом трудно ждать объективности. Есть еще известная хитрость: не пускать журналистов под предлогом того, что кабинет, дескать, не велик, все не разместятся. Ну, так назначайте общественно-значимые процессы (а данный процесс именно такой, и вряд ли в Советском суде этого не понимают) не в кабинете, а в зале — они имеются в каждом районном суде!

Еще вспомнилось то, что многим современным судьям, судя по всему, хотелось бы скорее забыть, как кошмарный сон. Это постановление пленума Верховного суда РФ № 35 от 13 декабря 2012 года «Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов». Высшая судебная инстанция страны прямо постулировала: «Не допускается проведение открытых судебных заседаний в помещениях, исключающих возможность присутствия в них лиц, не являющихся участниками процесса, представителей СМИ (журналистов)». Да, прямо вот так, черным по белому. Есть там и еще один очень сильный посыл: «Несоблюдение требований о гласности судопроизводства в ходе судебного разбирательства свидетельствует о нарушении судом норм процессуального права и является основанием для отмены судебных постановлений…»

Насколько мы знаем, это постановление пленума Верховного суда не отменялось и не корректировалось. И очень надеемся на оценку руководством Приморского краевого суда того, что происходило 10 декабря в Советском суде Владивостока.

А 27 января снова пойдем в суд. Там-то все и увидим.

№ 522 / Соб. инф. / 12 декабря 2019
Статьи из этого номера:

​Новый Русский, или Источник синхротронного излучения

Подробнее

​Автоматчики как аргумент

Подробнее

​Память остается

Подробнее