История

Орден прочного корпуса

К 50-летию создания атомного подводного флота на Тихом океане

Орден прочного корпуса


Продолжение. Начало в № 52 от 23 сентября 2010 года

Орден — не только награда. Орден — братство рыцарей, общество людей, посвященных в особые тайны. Таким орденом стали 50 лет назад советские подводники на Тихом океане; первые атомные лодки 659-го проекта строились в Комсомольске-на-Амуре под личным контролем академика Александрова, под их секретную базу в бухте Павловского в Приморье был построен город, заводы, верфи. На атомный подводный флот уходили служить лучшие: старший сын тогдашнего 1-го секретаря Приморского крайкома КПСС Ломакина оканчивал штурманский факультет ТОВВМУ со специализацией
«БЧ-1 АПЛ».  А первая атомная подводная лодка Тихоокеанского флота К-45 подняла флаг ВМФ СССР 18 сентября 1960 года.

SILENT RUNNING: ЯДЕРНЫЙ ПАТРУЛЬ

Все написанное далее публикуется в массовой прессе впервые — и в России, и в США.

Конечно, офицеры-подводники, судостроители, атомщики все эти истории знают. Уже 47-й раз собрался в 2010 году международный конгресс подводников — в этот раз в Израиле, в Хайфе; в 2011 году соберутся подводники-ветераны в Турции. Приезжают туда и русские, и американцы: и похлопывают друг друга по плечам легионеры холодной войны, и вспоминают знаменитый маневр советских подводников crazy Ivan («сумасшедший Иван»), и не менее чокнутые выходки американских командиров, когда те, пользуясь более тихой акустикой своих лодок, вползали под винты русских. «Бойцы вспоминают минувшие дни», но как они не раскололи земной шар пополам, до сих пор уму непостижимо… Может быть, потому, что были лучшими — и наши, и «ихние».

9 мая 1972 года. В 26-й дивизии на базе АПЛ ТОФ в бухте Павловского — праздник, в гарнизоне — построение, на лодках у пирсов — флаги расцвечивания. А политики национальных праздников не признают — они решают свои задачи: президент США Никсон в предверии скандала «Уотергейт» отвлекает внимание американского избирателя обострением международной напряженности, срываются женевские переговоры по урегулированию затянувшейся вьетнамской войны. В ней, по гамбургскому счету, воюют не южные вьетнамцы с северными, а СССР с США. Политически подкованные офицеры атомного флота ТОФ это прекрасно знают, а парторги экипажей смогут дополнить: еще и маоистский Китай, хунвэйбин с ядерным оружием, так или иначе вмешан. Но кто ж думает об этом в День Великой Победы — весна, офицеров в городке Тихоокеанском ждут юные жены и подруги, а подводников срочной службы — праздничный обед с фруктами, соками, икрой (СССР своих «атомных матросов» любил).

Вспоминает Валерий Александрович Кожевников, вице-адмирал, впоследствии начальник ТОВВМУ, а тогда только штурман К-45: «И вдруг три лодки снимаются от пирсов — в боевом дежурстве стояла только К-184, она ушла первой, а следом за ней и К-45, и К-57. Все лодки — «сестры» 659-го проекта, после модернизации, с ядерными торпедами на борту. Район выдвижения — Южно-Китайское море».

Но не только обед и подруги ждали русских подводников.

Вот с каким пафосом об этом пишет автор недавней публикации в специализированном американском издании Patrol Centennial Issue: «Множество подводных патрулей времен холодной войны — все еще закрытая информация в интересах национальной безопасности США. Но недавно в комитете начальников штабов были пересмотрены условия секретности, и здесь публикуются выдержки из судового журнала списанного военного корабля США Guardfish (атомная многоцелевая подводная лодка 612), которая на протяжении 26 дней 1972 года отслеживала группу советских ядерных субмарин класса «Эхо II» (по классификации НАТО). Тихие стражи холодной войны несли свою службу без заслуженных общественных почестей и признания».

С последним замечанием вполне можно солидаризоваться: и наши, и «ихние» подводники так и остаются ненужными ветеранами странной и неизвестной войны.

Командиром К-184, за которой начал еще у Аскольда следить Guardfish, был капитан 1-го ранга Альфред Семенович Берзин, а на американской 612-й commander Дэвид Минтон. Штурманом на мостике при Берзине был будущий командир первой АПЛ ТОФ К-45 Александр Конев, а будущий начальник ТОВВМУ Кожевников шел на той же самой К-45 в конвое на Южно-Китайское море. Тесен земной шар для рыцарей подводного ордена…

Правда, кто за кем следил — так и остается не очень явным. Советские лодки ушли 9 мая, а в публикуемом журнале Минтона обнаружение лодки под кодовой кличкой Папа-07 фиксируется 12 мая 1972 года. Кто он, этот Папа-07, сегодня уже не скажет никто… Дочка Минтона иногда приезжает на конгрессы подводников, но что она может знать о службе своего отца-рыцаря? Так что Папой-07 мог быть и Берзин на К-184 (что вероятнее всего), но и Ганжа на К-45 и Шиповников на К-57 тоже были где-то поблизости.

Американский издатель в предисловии к записям журнала Guardfish нелестно отзывается о советских подводниках: «В пункте к западу от Окинавы и 15 милях от острова Кумешима Папа-07 резко взял на юго-запад в Филиппинское море. Однажды в зоне безопасного торгового судоходства он напрямую перерезал проход Баши в Южно-Китайском море. Вообще «Эхо II» не проявлял уважения к стандартам, принятым в американских подводных силах, хотя был развернут и действовал в потенциально враждебных водах».

Дальше журнал Patrol Issue признает: «Папа-07 был обнаружен всего дважды в течение всего патруля слежения, когда в зонах радиоконтакта выходил на перископную глубину, и еще один случай был зафиксирован радаром AN/SQS-26 с истребителя ВВС».

И еще один нюанс — журнал публикует выдержки только одного дня слежения, 24 мая 1972 года, и запись в 3 часа 22 минуты гласит: «Эхо» начал маневр «сумасшедшего Ивана»! (Резкий поворот в сторону преследующей лодки.) А Альфред Берзин в тот самый день записывает: «24 мая нам, ПЛ К-45, К-57 поступило приказание доложить свое место и действия. Радио передавали три раза: район в смысле прохождения радиоволн плохой. В это время из разведсводки: Никсон в Москве, ведет переговоры. Зафиксировали работу РЛС противолодочного самолета США «Нептун»: сигнал слабый. Произвели уклонение от самолета. Проанализировал обнаружения РЛС, вероятно, самолет на маршруте выполняет поисковые действия, слежения его за нами не отметил».

Кто кого выслеживал и кто от кого уклонялся — сегодня сказать уже трудно.
Но можно сказать одно: вся эта история без публикации американского журнала осталась бы навсегда в полной неизвестности. Профессор Московского института проблем безопасного развития ядерной энергетики и член первого экипажа первой атомной подводной лодки Тихоокеанского флота К-45 Ремос Калинин говорит недвусмысленно: «В музее ТОФ мне посоветовали подробно узнать о создателях и экипажах первых АПЛ ТОФ в музее ВМФ в Гатчине — вероятно, из-за вечной советской секретности эти материалы, уже давно ставшие историей, все еще лежат в стеллажах под грифом и пылью десятилетий, хотя срок их хранения там давным-давно истек. А главное, видимо, в другом — флоту и городу, в котором этот флот созидался и ради которого Владивосток и существовал-то почти всю свою небольшую биографию, неинтересны их собственная история и люди, чьими руками и помыслами эта история творилась…»

Окончание следует

№ 53 / Ощенко Владимир / 30 сентября 2010
Статьи из этого номера:

«Новой» во Владивостоке» — год!

Подробнее

С НОСом

Подробнее

Без памяти

Подробнее