Экономика

Правительство стреляет на поражение

Под заклинания о росте гособоронзаказа в России уничтожается добыча вольфрама

Правительство стреляет на поражение


Неисповедимы пути российского бизнеса. Однако куда загадочнее то, что творит с ним родное правительство, измываясь, особенно над еле теплящимся реальным производством, со все большей изощренностью. Вот краткая хроника изничтожения горнорудной промышленности, связанной с добычей и обогащением одного из ключевых металлов для оборонки — вольфрама.

Кто держит удар?

Двадцать лет назад Россия играла одну из ключевых ролей на мировом рынке вольфрама, добывая около 30 процентов и уступая только Китаю с его уже тогда 40 процентами. Сегодня порядок цифр изменился настолько, что о нем стыдно говорить вслух: Китай — более 80 процентов мировой добычи, Россия — скромные 5–6. Уничтожалась вольфрамовая отрасль не вдруг, а в несколько этапов. Первый и самый болезненный удар был нанесен в середине 90-х, когда в неистовых поисках валюты на мировой рынок был выброшен гигантский объем вольфрама из Госрезервов — приблизительно два годовых производства России и около годового объема мирового потребления. Рынок незамедлительно обрушился, а вместе с ним остановились и все 10 российских комбинатов, которые на тот момент добывали вольфрам. Крупнейший российский производитель, Приморский ГОК, остановился почти на три года. Чем в это время жили люди в горнотаежном поселке Восток, что на севере Приморского края, лучше не вспоминать. Другой работы здесь нет; благо тайга-кормилица не дала попередохнуть с голоду. Хотя население существенно убавилось.

И все-таки спустя несколько лет благодаря товарному кредиту, выделенному правительством Черномырдина, ГОК начал оживать: возобновилась добыча, заработала вновь обогатительная фабрика, наладились сбытовые контакты. Выйдя на докризисный уровень и погасив кредит, комбинат незамедлительно запустил собственную социальную программу, которая бесперебойно действует в поселке вот уже полтора десятка лет: так, к примеру, на каждого родившегося в поселке ребенка (независимо от того, работает мама на комбинате или нет) выплачивается единовременное пособие в размере 20 тысяч рублей и до трех лет — по 2 тысячи ежемесячно. Наверное, негусто, но много ли можно привести подобных примеров не то что по Приморью, но и по стране в целом? Когда комбинат стоял, население Востока сократилось менее чем до 3 тысяч человек. Сегодня к 5 тысячам приближается. Опять же: много ли мест на карте страны, где население уже в этом веке выросло в полтора-два раза? Всю социальную инфраструктуру поселка, которая де-юре принадлежит муниципалитету (школа, детсад, больница и т.д.), де-факто по линии ЖКХ содержит ГОК, руководители которого прекрасно понимают, что свой долг муниципальная власть всегда «простит».

Пример Приморского ГОКа, к сожалению, не показателен: из упомянутых 10 комбинатов, если не убитых, то подстреленных в 90-х, выжили единицы. На их руинах действуют небольшие производства: одно в Бурятии (ЗАО «Закаменск»), два в Читинской области (ЗАО «Новоорловский ГОК» и ООО «Старательская артель «Кварц»), да многострадальный «Лермонтовский ГОК», — бывший отдельный цех Приморского ГОКа, который, получив самостоятельность, прошел через все круги ада и выжил только благодаря грандиозному скандалу, когда проблемы умирающего поселка выплеснулись на самый верх, а бывший губернатор Дарькин брал под козырек перед бывшим премьером Путиным. Да, эти предприятия хотя бы выжили. Но не более того. Достаточно сказать, что Приморский ГОК один сегодня производит 70 процентов российского вольфрамового концентрата, на четыре других предприятия приходится соответственно менее трети. При этом если на Востоке сумели выйти на докризисный уровень, то остальные компании работают в лучшем случае на четверть своих мощностей.

Но и это бы ничего: выдержав удар, закалились, научились работать на рынке, гибко реагировать на меняющуюся конъюнктуру. В последние полтора года, когда мировая цена на вольфрам решительно пошла вниз (кризис коснулся всех отраслей мировой экономики, так что ничего удивительного тут нет), этот опыт помог горнякам удерживаться на плаву. Да и какой смысл жаловаться на рынок? Подтягивай собственные ресурсы, наращивай производительность, ужимай затраты — рецепты известные. Однако, как знает любой человек, работающий в реальном секторе экономики, бойся не рынка, бойся родной власти, которая в любую секунду готова преподнести тебе отнюдь не рыночный сюрприз.

Так получилось и на этот раз, точнее — минувшей осенью, когда начался очередной и, вполне возможно, последний этап по уничтожению отечественной горнодобывающие вольфрамовой промышленности.

Огонь по своим

А начался он, как всегда, в высоких кабинетах, когда 19 ноября прошлого года премьер-министр Дмитрий Медведев подписал постановление правительства РФ № 1182, согласно которому вместо действовавшей все предыдущие годы нулевой ставки была введена 10-процентная вывозная таможенная пошлина в отношении руд и концентратов вольфрама.

Здесь необходимо разъяснение. Откуда, казалось бы, берутся новые таможенные пошлины на фоне вступления России в ВТО и анонсированного уменьшения всяческих пошлин и барьеров? Как учили классики: ищите, кому это выгодно?

Выгодно это может быть исключительно тем, кто из вольфрамового концентрата производит чистый металл, т. е. металлургическим предприятиям, получающим от горнодобытчиков полуфабрикат. После распада СССР на территории России таких осталось несколько, но едва ли не 90 процентов всей переработки приходится на расположенный в Нальчике завод «Гидрометаллург», который, в свою очередь, принадлежит московскому ЗАО «Компания «Вольфрам». Интерес этого предприятия понятен: чтобы получить дополнительную маржу, надо сбить закупочную цену. Однако никакой «внутренний» монополизм не помогает там, где существует еще и «внешний» рынок. Тот же Приморский ГОК едва ли не все нулевые годы делил свой сбыт: приблизительно половина уходила на экспорт (преимущественно в Японию), вторая половина — в Нальчик. При этом если японцы платили за 1 процент вольфрама в концентрате (так выстраивается оценка на мировом рынке) 410 долларов, то «Гидрометаллург» покупал по 400. Невеликая, казалось бы, разница в цене, однако по году она давала Нальчику в отношениях с тем же, к примеру, Приморским ГОКом плюс 50 миллионов рублей. Курочка, как говорится, по зернышку…

В 2007 году ЗАО «Компания «Вольфрам» добилось от правительства России обнуления импортной пошлины на ввоз вольфрамового концентрата, в качестве благовидного предлога используя, естественно, не собственные интересы, а аргументацию насчет стратегического значения вольфрама для обороноспособности страны (см. справку «Новой») и нехватки концентрата на внутреннем рынке; к этим нехитрым, но магическим аргументам мы еще вернемся. Горняки тогда пожали плечами: они готовы были завалить Нальчик концентратом. С другой стороны, они прекрасно понимали, что обнуление импортной пошлины, по большому счету, ничего не даст: цена на вольфрам формируется не в российских кабинетах, а на Лондонской бирже цветных металлов, где попытки внерыночного воздействия совершенно бессмысленны.

Однако импортное «обнуление», как выяснилось, стало только первым, пробным шагом.

— Какие-то непонятные шевеления начались еще весной прошлого года, — рассказывает председатель совета директоров ОАО «Приморский ГОК» Иван Шепета. — Прошла серия совещаний в Минпромторге, в ходе которых чиновники убеждали нас в необходимости поддержать нальчикский «Гидрометаллург». Ну так и поддерживайте за счет бюджета, если считаете нужным; почему ж это надо делать за счет производителей концентрата? Затем было большое совещание в ФАС, которая заинтересовалась нашим монопольным положением на рынке. Интерес понятен: 70 процентов рынка — это серьезно. Мы были готовы к этому разговору, тем более что бухгалтерия у нас абсолютно прозрачная, да и многочисленные проверяющие нас практически не покидают. С ФАС у нас вообще получилась показательная история. Антимонопольщики были настроены очень жестко, потребовали все документы и провели тщательную проверку механизма ценообразования. Собственно, государственный орган так и должен себя вести. Но именно благодаря тщательности проверки им и удалось понять объективную ситуацию. И когда к осени готовящееся постановление правительства о введении 10-процентной экспортной пошлины начало проходить необходимое согласование во всех структурах, именно ФАС стала единственным госорганом, который категорически отказался согласовывать данное постановление и выступил категорически против, детально аргументировав свою позицию в развернутом письме на имя первого вице-премьера Игоря Шувалова. В этом документе черным по белому написано: «Российские рынки вольфрамового сырья характеризуются как рынки с неразвитой конкурентной средой и наличием монополии. По мнению ФАС России, в случае введения указанной меры предложение вольфрамового концентрата на указанных рынках будет избыточным, что позволит потребителям приобретать вольфрамовое сырье по ценам, ниже тех, которые могли бы сложиться при нормальном ходе торговли в условиях открытости российского рынка для мировой торговли». К этому же письму, к слову, была приложена подготовленная сотрудниками ФАС России детальная справка о ситуации на российском вольфрамовом рынке — с цифрами, выкладками, динамикой развития ситуации, потенциалом отрасли, ее перспективами и так далее. К сожалению, ФАС не была услышана…

Стратегические спекуляции

Услышаны же были совершенно другие аргументы, которыми умело манипулирует главный потребитель вольфрамового концентрата — ЗАО «Компания «Вольфрам». Главный из них — безусловная оборонная значимость металла и его нехватка для отечественной промышленности. Причем в этой ситуации слово «халва» было произнесено столько раз, что во рту, похоже, стало сладко даже у опытных чиновников. Вот что, к примеру, пишет Шепете директор департамента координации, развития и регулирования внешнеэкономической деятельности Минэкономразвития Вероника Никишина (в ответ на его письма, направленные президенту Путину и в Госдуму): «…Постановление № 1182 принято по следующим причинам.

1. Повышение цен на вольфрам на мировом рынке. По данным ФТС России средняя цена экспортных поставок в 2011 году составила 17602 доллара за тонну… 2. Потенциальная потребность отечественных переработчиков вольфрамового сырья, в том числе для нужд оборонно-промышленного комплекса, в настоящее время почти в два раза превышает поставляемые объемы сырья…»

Этот текст напоминает игру теней. С одной стороны, тут все правда, с другой — каждый аргумент легко опровергается, делая всю конструкцию правительственного постановления абсурдной. В 2011 году цена действительно резко скакнула вверх, после чего начала неуклонно снижаться. Сегодня она находится на таком уровне, что даже без введения заградительной пошлины ГОКам пришлось бы работать в ноль или с убытками. Это — рынок. Реакция правительства оказалась запоздалой, что лишний раз свидетельствует о негибкости в принятии решений.

Еще более абсурдным выглядит аргумент насчет потребностей отечественных переработчиков и ВПК. Это — просто неприкрытая ложь. Это слово можно написать еще раз и даже большими буквами: ЛОЖЬ. До сентября 2011 года 50 процентов выпускаемого концентрата Приморский ГОК поставлял в Нальчик. Однако с того же октября «Гидрометаллург» отказался покупать концентрат, несмотря на действующие контракты. Такая ситуация — с отказом — продолжалась более года. Это называется нехватка? Более того, прикрываясь на правительственных совещаниях словами о нуждах оборонного комплекса, ЗАО «Компания «Вольфрам» (владелец «Гидрометаллурга») направляет продукты переработки концентрата (оксид вольфрама и паравольфрамат аммония — ПВА) в первую очередь на экспорт, причем беспошлинно, т. к. на этот ассортимент постановление правительства не распространяется. Так, по данным таможенной статистики РФ, ЗАО «Компания «Вольфрам» в 2012 году экспортировало более 1200 тонн своей продукции.

Так где же здесь нужда?

Горнообогатители готовы в любую секунду закрыть потребности страны в вольфрамовом сырье. Но сегодня эти потребности составляют не более тысячи тонн в год. Экспортные же поставки служат источником выживания и развития ресурсной базы горнодобывающих предприятий. В разгар кризиса 2009 года только экспортные продажи помогли Приморскому ГОКу вновь запуститься после двухмесячного простоя; при этом именно тогда государство отказало в закупке вольфрамовой продукции в Госрезерв всем предприятиям вольфрамовой отрасли, хотя большинство из них входило в известный перечень 295 системообразующих предприятий России.

Теперь выход на внешний рынок для предприятий отрасли фактически закрыт. Динамика проста. Если в 2011 году Приморский ГОК получил прибыль около миллиарда рублей, то в 2012 году — уже вдвое меньше. А только за первый квартал этого года — убытки в 60 миллионов, из которых пресловутая новая пошлина составила 21 миллион, т. е. более 30 процентов.

Что же касается «Гидрометаллурга» (читай — ЗАО «Компания «Вольфрам»), то он после введения экспортного барьера поступил вполне предсказуемо, снизив свои закупочные цены почти в два раза. Более того, после полуторагодичного «стояния в отказе» теперь активно шлет на Приморский ГОК заявки на такое количество вольфрамового концентрата, которое отродясь не закупал и не перерабатывал — до 13 вагонов в месяц. При этом ни для кого не секрет, что реальная стандартная производительность Приморского ГОКа —

6 вагонов. Зато это дает право представителям ЗАО «Компания «Вольфрам» повторять в правительственных кабинетах: горнорудная промышленность не справляется с нашими потребностями, какой им еще экспорт? А ведь надо еще и об обороне Отчизны думать!..

«Халва», — что тут еще скажешь…

50 лет или 50 миллионов?

История будет не полной, если не рассказать о том, какую роль играет Приморский ГОК в экономике Приморского края, да и в отрасли в целом. Цифры скучны, но порой оказываются более красноречивы, чем самая развернутая картинка. В сопоставимых ценах в 1990 году вся горнорудная промышленность края давала продукции на 150 миллиардов рублей, из них Приморский ГОК — на 4 миллиарда. Сегодня общий вал составляет около

7 миллиардов, из них Приморский ГОК —3,5, ровно половина. Небольшое снижение здесь связывают исключительно с истощением рудосодержащей вольфрамовой жилы. Более того, если бы постоянно не вкладывались серьезные деньги в доразведку, она бы давно закончилась. А на сегодня еще сохраняется как минимум 5-летняя перспектива.

Впрочем, на Востоке стараются мыслить более масштабно. Полтора десятка лет назад здесь приобрели лицензию на еще одно вольфрамовое месторождение, «Скрытое», расположенное в соседнем, тоже таежном районе. В его разведку и первоначальное обустройство только за последние годы инвестировано более 500 миллионов рублей. По оценке специалистов, вольфрама здесь столько, что хватит на полвека активных работ. Однако, начнутся ли эти работы, зависит уже не от желания горняков, а исключительно от позиции и активности государства. Потому что ГОК при наличии свободных ресурсов вкладывал и, хочется верить, еще будет вкладывать в развитие новой производственной базы. Но для того, чтобы она появилась, нужна прямая реализация того, что называется государственно-частным партнерством. Протянуть силовую ЛЭП-220, без которой серьезные горные работы невозможны, реально только при прямой государственной воле; эта же воля нужна и для приведения в порядок далекой дороги, по которой завтра может пойти тяжелая горная техника. ГОК готов самостоятельно прокладывать новые дороги в тайге, что он, в принципе, давно и делает, однако существующая дорога относится к ведению края, своевольничать на ней нельзя. А край… Что край?.. В Приморье сменился уже третий губернатор, а обещания «обязательно подключиться к решению существующих проблем» так и остаются пустыми словами.

Впрочем, надо ли губернским властям шевелиться: если злополучную пошлину не отменят в ближайшее время, то забыть можно будет не только о «Скрытом», но и о самом существовании Приморского ГОКа, как, равнозначно, и поселка Восток.

Надо, однако, понимать, что произойдет, если рухнет такая махина, как Приморский ГОК. В 2011 году предприятие заплатило 726 миллионов рублей налогов в бюджеты разных уровней (в Красноармейском районе, где расположен ГОК, его платежи составляют 70 процентов бюджета), в 2012-м — при снижавшихся ценах на концентрат — 626 миллионов. Все это — на 1100 работников. Простой пересчет показывает, что на одного сотрудника здесь платят налогов в 8–10 раз (в зависимости от конъюнктуры) больше, чем в среднем по Приморью. Экономисты подсчитали, что если бы столько платили с каждого рабочего места, то край давно имел бы гигантский бюджетный профицит. Но вместо этого рискует в ближайшее время получить огромную головную боль в виде умирающих поселка и предприятия. И это не «пугающий», а вполне реалистичный прогноз: резервов, заблаговременно заложенных компанией, хватит в лучшем случае до конца года. С января ГОК встанет, а поселок начнет замерзать.

Вот, собственно, и вся история, к которой можно добавить, пожалуй, лишь один еще штрих. По структуре собственности Приморский ГОК является открытым акционерным обществом. Однако фактически его акции бессмысленно искать на бирже. И не потому, что они сосредоточены в чьих-то одних руках. Наоборот, они максимально рассредоточены и принадлежат исключительно членам трудового коллектива комбината. Поначалу, конечно, мало кто верил в эти «бумажки», но регулярно выплачиваемые дивиденды приучили людей к двум нехитрым вещам: во-первых, расставаться с акциями ни в коем случае нельзя; во-вторых, как поработаешь, так и полопаешь, и от твоей работы прямо зависит конечный заработок.

Наверное, найдется немало тех, кто скажет, что такая форма собственности не является наиболее экономически оправданной и эффективной. Но вот поди ж ты…

Справка «Новой»

Название Wolframium перешло на элемент с минерала вольфрамит, известного еще в XVI веке под названием «волчья пена» — Spuma lupi на латыни, или Wolf Rahm по-немецки. Благодаря высокой плотности вольфрам является основой тяжелых сплавов, которые используются для противовесов, бронебойных сердечников подкалиберных и стреловидных оперенных снарядов артиллерийских орудий, сердечников бронебойных пуль и сверхскоростных роторов гироскопов для стабилизации полета баллистических ракет. Из сплавов вольфрама изготовляют хирургические инструменты, танковую броню, оболочки торпед и снарядов, наиболее важные детали самолетов и двигателей, контейнеры для хранения радиоактивных веществ. Вольфрам — важный компонент лучших марок инструментальных сталей. Вольфрам — самый тугоплавкий металл. Температура плавления 3.380 °C, кипения — 5.900 °C. Примерно такую же температуру имеет фотосфера Солнца. Плотность вольфрама почти равняется плотности золота: 19,30 г/см3 против 19,32 г/см3 соответственно.

№ 195 / Островский Андрей / 11 июля 2013
Статьи из этого номера:

Проблемы с памятью

Подробнее

Город в канализации

Подробнее

От «чокопая» до смычки Транссиба и Транскора

Подробнее