Экономика

Скорее жив

Госкорпорации с радостью сбежали из «Сколкова», зато остался современный ответственный бизнес

Скорее жив


«Сколкову» предрекают быструю смерть — под ударами Следственного комитета, из-за бегства инвесторов. Или медленную (как вариант) — из-за урезания финансирования, бюрократического забвения. Медведев так и не высказался в защиту своего детища. Пошли слухи, что «соскочить» готов и президент «Сколкова» Виктор Вексельберг. Но должен их развеять: люди из окружения олигарха заверили меня, что «в таких обстоятельствах Вексельберг ни за что не бросит корабль». Отстаивать инновационные проекты в России готовы и крупнейшие западные инвесторы. Несмотря на прессинг, из проекта иннограда не вышел ни один партнер.

Конечно же, самый сильный удар пришелся от самого Владимира Путина. Служебным распоряжением президент освободил госкомпании от обязанности финансировать «Сколтех» — Сколковский технологический институт. И ввел добровольный порядок пожертвований. Появились опасения, что взносы прекратятся совсем, а институт, как и всё «Сколково», вскоре останется без средств.

Напомним, в январе прошлого года Медведев, еще будучи президентом, решил, что финансирование «Сколтеха» будет происходить через фонд целевого капитала (т.н. эндаумент*). Наполнять его в течение трех лет обязали госкорпорации. Но, как признал сам Вексельберг, в последнее время компании начали жаловаться. И власть услышала их стоны.

Показательное мочилово

«Мы уже не знаем, как и что говорить инвесторам, — делился со мной один из топ-менеджеров «Сколкова» на условиях анонимности. — Все время, начиная с февраля (когда СК возбудил первое уголовное дело. — П. К.), руководство тратит на успокоение людей. Иностранцы недоумевают: кто такие Маркин, Следственный комитет, что они хотят? Ведь все помнят, как на старте проекта инвесторам были даны железные гарантии».

Познакомиться с силовиками поближе работники «Сколкова» смогли 19 апреля — прямо в своем офисе в Центре международной торговли (ЦМТ) на Краснопресненской набережной. В тот день там же, в ЦМТ, открывался инвестиционный форум «Россия-2013». В качестве хедлайнеров ожидались Тони Блэр, Герман Греф и Виктор Вексельберг. И если Блэр с Грефом уже прибыли к началу, Вексельберг обещал подойти сразу после утреннего совещания. Президенту «Сколкова» надо было всего-то спуститься по лифту, чтобы вспорхнуть на сцену с Блэром. Но не вышло. Ранним утром прибывшие в ЦМТ следователи блокировали весь этаж, арендуемый под офис «Сколкова», и несколько часов продержали внутри сотрудников. На время обыска у людей были изъяты мобильные телефоны. Весь день Вексельберг пробыл в офисе со следователями, отменив участие в форуме. «Внизу в это время обсуждали, как России улучшить инвестклимат. Никто сначала не догадывался, что творится на верхних этажах, — рассказывает топ-менеджер фонда. — Блэр вообще говорил, что настроен в отношении России оптимистично. Но позже, когда люди стали узнавать про обыск, — как будто бомба взорвалась. А каково пришлось бедному Блэру».

В «Сколкове» тот день назвали «черной пятницей» и «имиджевой катастрофой». Вместо тихого, но решительного расследования фактов коррупции силовики учинили показательное мочилово на глазах общественности.

Денег хватит на полтора-два года

Авторами идеи эндаумента для «Сколтеха» были вице-президент «Сколкова» Олег Алексеев и депутат Илья Пономарев. Всего в фонд института планировалось собрать 30 миллиардов рублей, но на сегодня в нем лишь 4 млрд. Как изначально предполагали создатели иннограда, благодаря накопленным средствам «Сколтех» превратится в самодостаточную структуру: финансирование из бюджета когда-нибудь закончится, а проект должен выжить. «После решения Путина заморозить эндаумент стало ясно, что проекту не позволяют стать независимым, что его, как и всё в стране, переводят на «ручное кормление», — говорит Пономарев. — Проект будет существовать, пока ему дают деньги. Сделали что-то не то — и краник тут же перекроют».

Впрочем, пока деятельность института, как и всего «Сколкова», все еще финансируется из бюджета. Денег, по словам сотрудников, хватит на полтора—два года.

Надо сказать, о самом Пономареве в «Сколкове» отзываются на удивление тепло — хотя публично и распинают депутата. «Илья сделал для проекта многое. Привлек в «Сколково» Массачусетский технологический институт и других участников. Но с некоторых пор мы вынуждены дистанцироваться по понятным причинам», — говорит источник в руководстве. «Понятные причины» — это оппозиционная активность депутата и взбудоражившие элиту слухи о финансировании им из средств «Сколкова» «болотных» митингов. По легенде, распространяемой прокремлевскими политологами, давать Пономареву деньги «на протест» велел Сурков. Впрочем, в «Сколкове» легенду не воспринимают всерьез. Официальная же претензия следователей к Пономареву — «незаконное получение» из средств «Сколкова» 750 тыс. долларов. По документам, деньги эти Пономарев получил за лекции и научную работу, выполненную по заданию фонда. На деле же, как признаются в «Сколкове», так юридически неуклюже был проведен по бумагам пономаревский гонорар за двухлетнее лоббирование проекта за границей.

«Пономаревский эпизод» стал для «Сколкова» уже третьим уголовным делом. Атаку следователей в руководстве иннограда связывают с усиливающимся давлением силовиков на команду Медведева. «Круг недоброжелателей проекта известен: Сечин, Миллер, Бастрыкин. Инновации для них — пустой звук и не очень понятная история. Эти опричники и не трогали бы проект, не будь Медведев его инициатором».

«Инвесторам некуда деваться — надо защищать проект»

А теперь о хорошем. «Сколково» не умрет. Сворачивание проекта будет иметь политический выхлоп, пропадут деньги инвесторов, но процесс модернизации не остановить, считают венчурные капиталисты, близкие к проекту. Коммерческие выгоды пересилят политические риски. Не уйдут с рынка даже «кинутые» западные корпорации — лишь станут тщательнее смотреть, в какие стартапы вкладывать — и чтобы эти бизнесы находились подальше от государства.

— Многие компании заключили в свое время со «Сколково» соглашения о сотрудничестве, которые, с одной стороны, ни к чему не обязывают, но с другой — компании тем самым вложили в проект свою репутацию, — говорит PR-директор крупного венчурного фонда Bright capital Андрей Малофеев. — И теперь им некуда деваться — надо защищать проект.

Сам Bright capital (основателем и крупнейшим соинвестором в прессе называют Михаила Абызова, министра по «открытому правительству») два года назад подписал со «Сколково» соглашение о сотрудничестве, предполагающее вложения в стартапы иннограда. (Интересы Bright capital в Сколкове — информационные технологии.) С тех пор фонд инвестировал средства в один проект — компанию RRT Global. О дальнейших инвестициях, по словам Малофеева, речи пока нет.

Один из главных участников иннограда — Мicrosoft — также обещает несмотря ни на что «вносить вклад в развитие российской инновационной экономики». «Сколково» является важным партнером компании, заверяют «Новую» в Мicrosoft. При этом анонимные источники, знающие настроения в головном американском офисе, делятся беспокойством. «Учитывая ситуацию вокруг проекта, расширение сотрудничества корпорация рассматривает теперь с большой осторожностью. Но мы надеемся, что ситуация нормализуется». Тем не менее компания уже запустила в рамках сотрудничества со Сколково собственный исследовательский центр. Как отмечают в Microsoft, расположен он пока не в иннограде (Территориальный принцип расположения участников закреплен в законе о «Сколкове». К 1 январю 2014 года все резиденты иннограда обязаны заиметь на его территории собственные офисы).

Похожая история и с центром НИОКР, запущенным Siemens, который также находится в офисе самой корпорации. На мой вопрос о будущем взаимодействии со «Сколково» в Siemens ответили скупо: «Предполагается дальнейшее сотрудничество в сфере НИОКР».

Но активнее прочих борется за «Сколково» американская Cicso, что и логично. Наибольшие вложение в проект — и финансовые, и репутационные — сделал именно этот хай-тек-гигант. Cisco стала первой компаний из Кремниевой долины, которая начала работать со «Сколково». Президент Джон Чемберс еще в 2010 году заявил, что компания вложит в российские инновационные проекты 1 миллиард долларов. И, кажется, не обманул. С момента старта «Сколкова» и до первых уголовных дел Cisco запустила в иннограде «Институт предпринимательства»; конкурс проектов Cisco iPrize; образовательную программу «Окно в Долину»; многочисленные программы стажировок и грантов для молодых изобретателей из России. Основан Центр инноваций, а совсем недавно на территории иннограда открылось и исследовательское подразделение гиганта.

— Мы планируем планомерно расширять все наши усилия в рамках проекта «Сколково», так как верим в потенциал России и стремимся поддерживать ее инновационное развитие, — заявили «Новой газете» в Cisco.

№ 196 / Каныгин Павел / 18 июля 2013
Статьи из этого номера:

Почти одесская история

Подробнее

Неизвестный Владивосток

Подробнее

Михаил Тарковский:Нужно менять приоритеты в головах

Подробнее