Общество

​Родное и думы

Обитаемый остров, или Как философствуют кирпичом

​Родное и думы

Остров Путятина.

Причал, поселок, озеро с увядшими лотосами.

С сопки, где похоронен Алексей Дмитриевич Старцев — купец, меценат и промышленник, 125 лет назад основавший здесь имение «Родное», — на остров и его окрестности смотрят гости из Фокино и Владивостока и потомки: правнук Алексей Старцев, правнучка Ольга Шерешева.

…Старцев родился в Забайкалье, долго жил в Китае. Переехал в Приморье и обосновался на Путятине, превратив почти не обитаемый доселе остров в настоящую «территорию опережающего развития».

Кирпичом с клеймом Старцева, который здесь делали по мировым стандартам, построено полцентра Владивостока.

Если бы только кирпич! Старцев построил на Путятине фарфоровый завод. Разводил лошадей и оленей, занимался шелко- и пчеловодством, выращивал абрикосы и персики…

Но кирпич все же наиболее показателен, поскольку он — единица энергии созидания.

Старцев — незаконнорожденный сын декабриста Николая Бестужева. Вот отдельная тема: сколько сделали для освоения Дальнего Востока политические ссыльные, мятежные поляки, каторжане… Пусть не по своей воле, но на тихоокеанскую окраину попадали активные, умные, предприимчивые люди — и территория сразу это ощущала.

Но вот эпоха Старцева завершилась.

Единственное уцелевшее от имения «Родное» строение

Жизнь на этом, конечно, не закончилась.

В советское время Путятин жил другой энергией — не подвижнической, а государственной. Здесь появились рыбокомбинат, зверосовхоз с оленями и норками…

А потом и от этой эпохи кирпича на кирпиче не осталось.

Поселок, куда ходит паром из соседнего Дуная, остался, но, кажется, лишен сюжета существования.

От «Родного» сохранились лишь старый колодец да одно производственное строение. Благо место захоронения Старцева (он умер в 1900-м) нашли. В 1989-м здесь поставили его бюст работы Эдуарда Барсегова.


Алексей Старцев у могилы своего прадеда и тезки


Натыкаясь на путятинском побережье на кирпичи с клеймом «АДС», думаешь о том, что сегодня развалины советского Путятина — под стать руинам старцевского «Родного». Старинные, мясного цвета кирпичи в груде обломков перемешаны с силикатными. Уцелевший профиль Ильича и скульптурное лицо Старцева принадлежат равно призрачному и равно невозвратному прошлому.

Две эпохи слиняли, кончились, как двухсерийное кино о любви и смерти. А ведь каждая из этих эпох была наполнена своей осмысленной жизнью, укладывала свои кирпичи…

Новая эпоха еще не создала здесь того, от чего могут остаться хотя бы руины.

Их роль играют ржавые остовы старых «паджериков».

№ 362 / Василий АВЧЕНКО / 27 октября 2016
Статьи из этого номера:

​Таможня не спит, служба идет

Подробнее

​Родное и думы

Подробнее

​У природы нет границ

Подробнее