Культура

​Япония? Тоска смертная… То ли дело Антарктида!

Журналист Андрей Островский — о ювелирной и творческой работе моряков-дальневосточников в высоких широтах

​Япония? Тоска смертная… То ли дело Антарктида!

«Сто дней Антарктиды» (хроника одного рейса) — так называется только что вышедшая книга Андрея Островского. Но это не менее, чем экспедиция, полная опасностей; читатели «Новой газеты во Владивостоке» наверняка помнят драматические репортажи журналиста (в судовой роли — матрос 1-го класса) с борта дизель-электрохода ДВМП весной 2019-го.

***

Вкратце напомним, что же произошло. Снабдив всем необходимым индийские антарктические станции Бхарати и Майтри, судно «Василий Головнин» под руководством капитана Иксана Юсупова на обратном пути попало в ледяной панцирь. Через некоторое время на выручку нашим морякам поспешило российское научно-экспедиционное судно «Академик Федоров». Чтобы избежать продолжительной зимовки в зажатых льдами водах, сплоченный, как айсберги, экипаж «Головнина» проявил все свое мастерство и опыт плавания в высоких широтах. Но если без пафоса, морякам-дальневосточникам, работавшим вместе с ними бок о бок украинским вертолетчикам и индийским полярникам пришлось непросто. Есть одна Антарктида — как романтический образ. И другая. Малоизученные, непредсказуемые глубины, скалы, льды за краем ойкумены — о них, собственно говоря, повествование. И, разумеется, о «фирменной» дальневосточной профессии. Островский, сначала как сотрудник радиостанции «Тихий океан», далее в газете «Владивосток», «Новой», вот уже без малого 40 лет не изменяет морской тематике.

***

Выход книги совпал со 140-летним юбилеем Дальневосточного морского пароходства, суда которого десятилетиями обеспечивали северный завоз, снабжали грузами самые отдаленные уголки земного шара.

В 1985-м именно ледокол ДВМП «Владивосток» выводил на чистую воду дизель-электроход «Михаил Сомов» — научное судно легло в вынужденный дрейф у берегов Антарктиды; спасательная операция вошла в историю мореплавания. Суда-кузены «Сомова» (проект 550 «Амгуэма» в двух сериях) — «Капитан Готский», «Капитан Мышевский», «Василий Федосеев» и другие — в свое время формировали арктическую группировку ДВ-пароходства. За характерные очертания форштевня моряки любовно называли их «броненосцами». Но флот стареет быстрее, чем хотелось бы судовладельцам. Судно ледового класса «Василий Головнин» стало одним из последних, заложенных еще в СССР на верфях Херсона. Большинство собратьев «Головнина» ушли на продажу или на гвозди — в новых рыночных условиях ДВМП не справилось бы с их дорогостоящим содержанием. Журналист отмечает: увы, лишь контракты, аналогичные индийскому (аргентинскому), продлевают жизнь последним ледовым «могиканам». Альтернативы таким плавсредствам, как выяснилось, пока тоже нет.

Кажется, в книге не хватило подробностей и авторского видения ситуации: что же происходило с пароходством в период развала Союза, когда ветра перемен были похлеще ураганов в каком-нибудь море Уэдделла. При этом годы спустя Дальневосточное пароходство (и транспортная группа FESCO в целом) уверенно держится на рынке и даже интересует арабских шейхов, а другое народное достояние, ПМП, к примеру, исчезло в пучине капитализма.

Впрочем, не будем о грустном.

***

Согласно научным классификациям, по своей структуре лед бывает битым, тертым, аморфным, торосистым и еще много каким. У Островского твердая вода — с характером. Особый разговор — ледяные глыбы-айсберги, от которых в Антарктике каждый раз не знаешь, чего ждать.

«Но первый айсберг — как первая любовь: с волнением ждешь, искренне восхищаешься и расстаешься с печалью и с пониманием того, что непременно будут следующие айсберги».

Автор крепко связывает смысловыми нитями-меридианами Арктику и Антарктику, в том числе потому, что первыми и северные, и южные льды штурмовали русские первопроходцы эпохи географических открытий, а затем фарватер «расширили» научные экспедиции и торговый флот. Отдельные слова благодарности — дальневосточным ледоколам и их капитанам: Инюшкину, Кузину, Антохину, Абоносимову, Филичеву…

«“Холодные” открытия в полярных широтах — что на Севере, что на Юге — вообще похожи на алтарь, который прежде, чем ниспослать благодать, требует обильных жертв», — пишет журналист.

Много жертв. Но, как это ни жестко звучит, это того стоило. Удаль и романтизм. Бесстрашие, задор. Как там у писателя-мариниста Виктора Конецкого? «С борта “Мирного” Михаил Лазарев увидел берега Антарктиды, натянув тем самым нос Куку».

Да, в 2020 году мы с гордостью отмечаем 200-летие открытие Белого континента российскими мореплавателями. Впрочем, отмечает Андрей Островский, и в Арктике, и в Антарктиде, в этих труднодоступных «концах географии», работа уже давно превратилась в рутину.

***

Эту самую рутину в командировке-мечте облагораживает Островский. Получается расширенный, больше чем на 200 страниц, производственный репортаж с элементами беллетристики, насыщенный специальной терминологией, жаргоном (боцманы — они же «драконы») и жизненными наблюдениями. Тот самый подзабытый жанр, высший журналистский пилотаж, о котором и не подозревают нынешние мастера «рерайта» и «кликбейта».

Эффект присутствия, детали — главное достоинство любого репортажа. Операцию по выводу «Василия Головнина» на чистую воду Южного океана Андрей Островский преподносит, анализируя каждый шаг экипажа, буквально сверяясь с лоциями. И вот, когда судно бьется со всего размаха о бетонную стену льда, репортаж сменяется остросюжетным детективом, а читатель как будто чувствует качку и холодное дыхание из иллюминаторов.

Желаете перевести дыхание? Пожа-луйста. Лирическое отступление. Переместимся в Ленинград середины 80-х, на Петроградскую сторону, в квартиру… Виктора Конецкого. Настоящего моряка, штурмана и прекрасного писателя. Молодой человек по фамилии Островский берет у него эксклюзивное интервью, в какой-то степени пророческое, под коньяк и балык…

***

Следует заметить, что в истории ДВМП хватало детективных сюжетов. В мае отмечается очередная годовщина трагедии на теплоходе «Гриша Акопян», обстрелянном авиацией США во Вьетнаме в 72-м. В 2010-м американцы во главе с Сильвестром Сталлоне в качестве съемочной площадки для боевика «Неудержимые» выбрали «Игарку» — «морковка» приглянулась знаменитому актеру в Рио-де-Жанейро, где она стояла в доке на ремонте.

Моряки «Василия Головнина» — никакие не Рэмбо, берем выше. Это специалисты, о дефиците которых в Приморье говорится из года в год. Штучные профи. Тем неожиданней их признания.

— Вот мы перед уходом в Антарктиду сделали три рейса на Японию и три на Китай. Ну скука ведь! Тоска смертная, — раскрывается в книге капитан «Василия Головнина» Иксан Юсупов. — Лоцман тебя у входа в порт встретил, буксиры к причалу поставили; потом буксиры и лоцман тебя из порта вывели. Наверное, для начинающего капитана это интересно и полезно. Но я там точно не в своей тарелке. Ты, журналист, должен понять: здесь работа по-настоящему творческая, как бы это пафосно ни звучало. Никогда не знаешь, что будет завтра.

Умение ждать, терпеть — это морское качество Андрей Островский не раз упоминает в своей книге. Мечту побывать в Антарктиде он вынашивал долгие годы. Ее воплощение казалось авантюрой. Зато теперь мы знаем о нашем земном космосе, Антарктике, немного больше.

P.S. Стоит отдельно поблагодарить ПАО «ДВМП», взявшее на себя все расходы по выпуску книги в свет. Заслуживает добрых слов и компания «Рус Пасифик Групп», поддержавшая автора в организации его антарктической командировки.

№ 542 / Александр СЫРЦОВ / 14 мая 2020
Статьи из этого номера:

​Трепанг Калашникова

Подробнее

​Фритьоф Нансен: «Поистине гостеприимная страна!»

Подробнее

​Япония? Тоска смертная… То ли дело Антарктида!

Подробнее