Экономика

​Пополнить все

Зачем Минфин спасает бюджет ценой экономического роста

​Пополнить все

Начало осени — традиционное время для обсуждения бюджетной политики. 19 сентября правительство рассмотрело и одобрило проект бюджета на ближайшую трехлетку. До конца сентября бюджет должен быть внесен в Думу. Как показывает практика, основные параметры федерального бюджета не меняются в процессе думского рассмотрения. Поэтому уже одобренные правительством цифры можно рассматривать как устоявшиеся.

Сокращай и властвуй

Еще летом Минфин обозначил свою позицию — необходимость бюджетной консолидации, то есть сокращения расходов, уже со следующего года. Многие экономисты выражали опасения о том, что чрезмерно быстрое сокращение расходов может стать основной угрозой для восстановления экономики в следующем году. Частично Минфин учел эту критику — представленный проект бюджета на 2021 год стал менее радикальным с точки зрения бюджетной консолидации по сравнению с предыдущими проектировками.

Минфин ожидает, что расходы федерального бюджета в этом году составят 22,6 трлн рублей по сравнению с 18,2 трлн рублей в прошлом году. При использовании перенесенных остатков прошлого года — еще больше. Это прирост расходной части не менее чем на 4,5 трлн рублей — практически 4% ВВП бюджетного «стимула» в этом году.

Такой экстраординарный прирост расходов связан с борьбой с коронавирусом и антикризисными мерами — в дальнейшем такой уровень расходов невозможно будет поддерживать. Поэтому проект бюджета предполагает, что расходы в 2021 году сократятся примерно на 1 трлн рублей, до 21,5 трлн, и вырастут на 400 млрд рублей, до 21,9 трлн, в 2022 году.

В этом и заключается принципиальный план бюджетной консолидации от правительства: в 2020 году власти предоставили серьезную поддержку экономике за счет бюджета, уже со следующего года она должна сократиться и вернуться в «норму» к 2022 году.

Проблему для правительства представляет и то, что при необходимости увеличивать расходы доходная часть сильно сокращается. Минфин ожидает, что доходы федерального бюджета составят 17,8 трлн рублей. Это минус 2,2 трлн рублей по сравнению с 2019 годом.

Такое соотношение доходов и расходов приведет к дефициту в практически 5 трлн рублей (4,4% ВВП) в этом году.

Прогнозируется, что доходы вырастут до 1 трлн рублей в следующем году, в основном за счет роста ВВП на 3%. Вместе с ожидаемым сокращением расходов это позволит снизить дефицит до 2,4% ВВП в 2021 году и достичь 1% ВВП к 2022 году. Таким образом, Минфин сохраняет консервативный вектор бюджетной политики, рассматривая эпидемию коронавируса как временное отклонение от долгосрочных уровней, к которым удастся вернуться за два года.

Не худший сценарий

Однако такая, казалось бы, логичная картина не очень «бьется» с имеющимися фактическими результатами 2020 года. К примеру, за январь-август расходы федерального бюджета выросли на 2,8 трлн рублей. Чтобы за весь год прирост расходов составил ожидаемые 4,5 трлн рублей, за оставшиеся четыре месяца расходы должны увеличиться на 1,7 трлн рублей по сравнению со вполне активным расходованием средства на нацпроекты в прошлом году.

В прошлом году правительство даже в стабильных условиях не смогло обеспечить расходование примерно 1 трлн рублей запланированных бюджетов расходов. В этом году власти пытаются не допустить повторения этой ситуации, однако, видимо, прирост расходов будет меньше и окажется в диапазоне 3,5–4 трлн рублей за год, общая сумма расходов бюджета будет около 22 трлн рублей.

Снижение поступлений в федеральный бюджет скрывает за собой разные тенденции. Доходная часть в первую очередь упала из-за снижения нефтегазовых доходов — падения цен на нефть и сокращения добычи в рамках сделки ОПЕК+.

В этом году нефтегазовые доходы предположительно составят около 5,8 трлн рублей по сравнению с 8,3 трлн в прошлом году.

Однако бюджетное правило приводит к тому, что с точки зрения расходования нефтегазовых доходов важно лишь то, превышают ли они «базовую» величину — то есть доходы, рассчитанные исходя из базовой цены нефти ($42,4/за баррель в 2020 году). Если фактическая цена нефти Urals ниже «базовой», то разница должна компенсироваться за счет ФНБ.

С учетом того, что добыча нефти в этом году снизится на 9–10%, то эффективная базовая цена находится в диапазоне $45–46 для нефти Urals. За июнь-август средняя цена Urals составила $43,9 за баррель, слегка не дотянув до этой цифры.

Такое положение позволяет расходовать получаемые нефтегазовые доходы и означает, что текущий размер нефтегазовых доходов является нейтральным для бюджетной политики. Если цена на нефть сохранится в пределах значений последних месяцев, это будет означать, что в этом году вообще не возникнет необходимости использовать средства ФНБ для финансирования дефицита.

Ситуация с ненефтегазовыми доходами тоже не так плоха, как можно было бы ожидать в текущих условиях.

За первые 8 месяцев 2020 года эти доходы выросли на 5%. Разумеется, эта динамика включает еще и докоронавирусные первые месяцы года, а также «схемные» 1,1 трлн рублей за счет передачи пакета акций Сбербанка от Центрального банка правительству. Тем не менее в июне-августе ненефтегазовые доходы были на 14% меньше значений прошлого года.

Однако важной частью антикризисных мер правительства стало предоставление отсрочек по уплате налогов в пострадавших отраслях в первом полугодии — по большей части эти средства должны быть выплачены в бюджет уже в этом году, оставшаяся часть — в следующем. Это означает, что текущее снижение доходов бюджетов связано и с этим фактором, который является временным по своей сути.

Экономический спад также, по всей видимости, будет меньше тех прогнозов, которые ожидали власти еще несколько месяцев назад. Еще в мае Минэкономразвития прогнозировало снижение ВВП на 5%, сейчас ожидается спад лишь на 3,9%.

Нужна ли консолидация?

Все это означает, что представленный Минфином «критический» 2020 год окажется не таким страшным для бюджета. Скорее всего, прирост расходов будет меньше, а доходы — больше текущих официальных прогнозов. Дефицит федерального бюджета окажется в пределах 3,4–3,7% ВВП по сравнению с официальным прогнозом в 4,4% ВВП.

Это ставит вопрос о разумности бюджетной консолидации в следующем году и необходимости повышения налоговой нагрузки.

Представленный план «налоговой мобилизации» должен обеспечить 500–600 млрд рублей дополнительных доходов ежегодно, уже со следующего года. Он предусматривает повышение налогов для нефтяной промышленности за счет пересмотра механизмов НДПИ и НДД, повышение ставок НДПИ для металлургов и химиков, а также прогрессивная шкала НДФЛ и налогообложение процентных и купонных доходов.

Можно считать, что состоятельные россияне и сырьевые секторы профинансируют и другую антикризисную меру — сокращение ставки социальных взносов с 30 до 15% для малого и среднего бизнеса. Стоимость этой бессрочной меры также оценивается примерно в 500 млрд рублей для бюджета ПФР и, соответственно, потребует дополнительных расходов со стороны федерального бюджета.

Если верить в то, что 2020 год окажется «страшным» для федерального бюджета, то такие меры необходимы. Однако это не так — текущая ситуация гораздо устойчивее, чем ее показывает Минфин. Нет острой необходимости немедленного повышения налогов уже со следующего года.

Скорее, наоборот, неожиданные и резкие изменения налоговой системы повышают неопределенность и могут дестимулировать экономическую активность. Трехпроцентный рост ВВП, который штатно ожидает Минэкономразвития, в этих условиях может оказаться несбыточной мечтой.

№ 562 / Марсель САЛИХОВ / 01 октября 2020
Статьи из этого номера:

​Бездумно — как всегда

Подробнее

​Мгновения времени

Подробнее

​Осенние литературные визиты

Подробнее