Экономика

​Ошибки и резиденты

Дальний Восток как русское поле экспериментов

​Ошибки и резиденты

Почему экспериментальные механизмы развития, внедряемые на Дальнем Востоке с 1990-х годов и до наших дней включительно, не работают? Об этом шла речь на семинаре, прошедшем в Институте истории, археологии и этнографии ДВО РАН.

Еще в 1990 году Верховный совет РСФСР издал постановление о создании первой в стране свободной экономической зоны «Находка». Однако проект окончился ничем: в 2006 году СЭЗ «Находка» бесславно прекратила свое существование, и эта страница вычеркнута из истории города, как будто ее и не было, говорит Сергей Иванов — научный сотрудник ИИАЭ ДВО РАН, кандидат исторических наук, эксперт фонда «Хамовники»*. В музее истории города нет никакой информации о СЭЗ, а не связанные с этим проектом горожане уверены, что «там все разворовали».

Хасанский район вот уже 30 лет ждет «прорыва». Трансграничные проекты — от Туманганских инициатив до международного транспортного коридора «Приморье-2» — должны были привести к бурному экономическому росту территории. Однако наступление светлого будущего в виде современных дорог и всплеска предпринимательской активности постоянно отодвигается. Еще в 1993 году в Хасанском районе началось строительство «Золотого звена» — первой в России частной железной дороги «Махалино — Хуньчунь». Но звено оказалось слабым: так и не выйдя на окупаемость, дорога в 2005 году закрылась.

В поселке Пограничном в начале 2000-х запустили проект приграничного торгово-экономического комплекса (ПТЭК) «Пограничный — Суйфэньхэ»: выделили с обеих сопредельных сторон землю, начали стройку. Однако уже к концу нулевых стало ясно, что и эта инициатива потерпела крах. Научный сотрудник ИИАЭ ДВО РАН, эксперт фонда «Хамовники» Иван Зуенко приводит два объяснения случившегося. Согласно первому, изменились отношения Москвы и регионов, самостоятельность локальных элит сошла практически на нет, к тому же приморские инициаторы проекта, обвиненные в экономических преступлениях, скрылись за рубежом, инфраструктура осталась невостребованной. По второму объяснению, не отрицающему первое, причина провала — в несоответствии ожиданий реальной экономической ситуации: ПТЭК на деле не предлагал бонусов, сколько-нибудь серьезно превышающих выгоды уже существующих каналов трансграничного обмена.

«Беспредельные» девяностые остались в прошлом, но всевозможные импровизации не прекращаются, свидетельство чему — новые экспериментальные механизмы: дальневосточный гектар, территории опережающего развития, свободные порты. Старший научный сотрудник ИИАЭ ДВО РАН, эксперт фонда «Хамовники» кандидат исторических наук Анатолий Савченко отмечает: лица, занявшие офисы новых организаций (от Минвостокразвития до созвездия различных корпораций и агентств), были призваны переформатировать деловую среду и создать условия для интенсивного экономического роста. По сути, территория Дальнего Востока стала крупнейшей в мире экспериментальной площадкой, где апробируются различные проекты развития. Но со временем эти новые инструменты стали использоваться как средство наращивания политического капитала Минвостокразвития для реализации, в общем-то, традиционных подходов дальневосточной политики — имеются в виду большие государственные программы. Само министерство, в свою очередь, все сильнее напоминает агентство по производству хороших новостей: все позитивные события в регионе, по каким бы причинам они ни происходили, записываются в достижения новой политики и проводящих ее управленцев.

Анна Кутелева, PhD, научный сотрудник Высшей школы экономики, на примере «Свободного порта Владивосток» показывает разрыв между теорией и практикой. В теории Владивосток — «восточные морские ворота страны», а на практике федеральные власти опасаются утратить контроль границ. На словах Россия поворачивается на Восток, приветствуя иностранный капитал, — на деле местные администрации не умеют работать с инвесторами, а местные предприниматели видят в иностранцах конкурентов. Государство упрощает правила коммерческой деятельности и снижает налоговое бремя, чтобы способствовать развитию предпринимательства, но в реальности Москва хочет, чтобы бизнес экспортировал промышленную продукцию в страны АТР, тогда как транспортные проблемы и высокая стоимость электроэнергии делают производство в Приморском крае убыточным.

Старший научный сотрудник Института экономических исследований ДВО РАН, эксперт фонда «Хамовники» кандидат социологических наук Татьяна Журавская констатирует: программу «Дальневосточный гектар» почему-то продолжают представлять как успешную, хотя цели ее (решение демографических проблем региона) достигнуты не были, положительная динамика фактически отсутствует. Теперь власти обсуждают уже не стратегическую цель, а промежуточные задачи проекта (настройка механизма получения земли), оперируя такими терминами-мантрами, как «инфраструктура», «развитие», «освоение», «согласование»…

Доцент ДВФУ кандидат политических наук Леонид Козлов убежден: центральное правительство, запуская новые проекты развития Дальнего Востока, не учло местных реалий. В Москве ждали, что новая политика позволит совершить быстрый прорыв как в экономике, так и в социальной сфере — и совершенно безосновательно:

— Риторика была такая, что особые зоны с льготным административно-налоговым режимом потянут за собой все остальное развитие Дальнего Востока, включая социальную сферу, демографию и другие неэкономические аспекты. Не исключаю, что авторы этой политики сами в это верили, хотя в истории я не припомню примеров, чтобы где-то происходило что-то подобное. Локализованные зоны с особым экономическим статусом — не драйверы социального развития. К общей макрорегиональной инфраструктуре ТОРы не имеют практически никакого отношения. В то же самое время старые большие предприятия закрывались или резко сокращали число сотрудников. Местное население, непосредственно не вовлеченное в историю с ТОРами, видело, что в официальных заявлениях озвучивается параллельная реальность, при этом цены растут, зарплаты стоят на месте, инфраструктура, прежде всего жилищно-коммунальная, продолжает разрушаться, меморандумы о намерениях никак не отражаются на обычной жизни. В общественном мнении, по моим ощущениям, ТОРы сформировали скорее негативные коннотации. «Свободный порт Владивосток» дискредитировал себя точечной застройкой, которой занимались его резиденты (полпред Трутнев сам это понял и озвучивал) и которая не имела никакого отношения к развитию портового хозяйства. Совершенно логично (но неожиданно для Кремля) в 2018 году последовал провал «партии власти» на региональных выборах в Приморье и Хабаровском крае. В Москве не осознавали, что прямой взаимосвязи между каким-то успехом особых экономических зон, социальным развитием и политической поддержкой населения нет. Мне кажется, только после истории с Фургалом и массовых демонстраций в Хабаровске это осознание стало медленно приходить.

Леонид Козлов считает, что подход к развитию восточных территорий страны необходимо менять:

— Экономическую часть региональной политики, по крайней мере в отношении Дальнего Востока и Восточной Сибири, следует проводить отдельно, разрабатывать для этих территорий особые индикаторы и не ждать отдачи в смысле политической поддержки. Частный бизнес, что совершенно логично, не хочет тянуть за собой социальную нагрузку. А наращивать политический капитал может только политика социальная, которая является расходной по определению. Предъявлять к ней такие же требования, как к экономической, просто неразумно.


* Цель Фонда поддержки социальных исследований «Хамовники» (Москва) — сделать доступным независимое знание, основанное на научных исследованиях: на фактах и статистике, а не на идеологии, образах и клише. Фонд финансирует исследования по следующим направлениям: социальная антропология, социальная структура, муниципальное управление, местные сообщества, административные рынки и особенности их возникновения, информационное взаимодействие органов власти и др. Один из проектов фонда, начатый в 2020 году и реализующийся дальневосточными учеными, называется «Миф потенциала — потенциал мифа»: проекты развития на дальневосточном приграничье». Его задача — выявление и описание стратегий и практик взаимодействия государства, региональных и локальных элит по реализации проектов развития в приграничных регионах Дальнего Востока.

№ 596 / Егор КУЗЬМИЧЕВ / 10 июня 2021
Статьи из этого номера:

​Ошибки и резиденты

Подробнее

​«Обязательно приеду снова»

Подробнее

​Маршрут здоровья

Подробнее